В тесной спальне полыхает единственное ламповое пятно света, когда на пороге появляется мужчина с горящими глазами и вызывающим одурманивающим намеком. Я истерически хохочу в ужасе и страхе - за свою маму, маленького сынишку и самое дорогое будущее.
На завтрак приходится готовить яичницу, потому что ничего подходящего в холодильнике больше нет. Мурад спускается к нам уже через десять минут и мы все вместе завтракаем, как и много раз до этого. Нет ни неловких пауз, ни странных взглядов, что приносит мне огромное облегчение, потому что стыдно даже подумать о том, что мама догадывается, как мы провели эту ночь.
Когда он отправляется на работу, день проходит в хлопотах по дому, потому что мы с мамой распаковываем вещи, потом вместе готовим ужин и, не успеваем оглянуться, как Мурад уже снова дома.
— Привет, — заходит он на кухню в этом своем строгом костюме, который за весь день даже не помялся и в котором он выглядит так хорошо, что мне хочется стукнуть себя за восторженную реакцию, как у малолетней дурочки, пускающей слюни. — Где мама?
— Принимает душ перед ужином, — отвечаю я, продолжая резать салат. — У нас сегодня было много дел.
Представляю, как выгляжу сама, растрепанная и пропахшая запахами еды, которую готовила. Ужас! Хоть бы он держался на расстоянии, а то моя женская гордость этого не вынесет.
— Ты ведь в курсе, что у нас есть приходящая домработница? — спрашивает Мурад, беря себе воду из холодильника.
— Да, но есть дела, которые необходимо делать самим. Например, разобрать вещи, заняться стиркой. Мама любит, чтобы в ее комнате убирались каждый день.
— Хорошо, я понял, — улыбается он, подходя ко мне. — Будешь отныне сама иметь дело с Настей, хоть каждый день ее вызывай.
Я поспешно бросаю нож на доску и направляюсь к раковине, якобы помыть руки, лишь бы избежать близости к нему, но Мурад следует за мной, вставая позади и обнимая меня за талию.
— Что ты делаешь?
— Не могу удержаться, — шепчет он в мою шею, прикусывая кожу.
Я же могу думать лишь о том, сколько раз вспотела за этот день, пока работала по дому.
— Не надо, я грязная, — передергиваю плечами, пытаясь оттолкнуть его, но он не сдается.
Разворачивает лицом к себе и с тихим «Мне плевать» целует в губы, настойчиво прижимая к себе и шаря руками по моему телу, пока не останавливается на заднице, крепко сжимая ее и недвусмысленно толкаясь в мой живот твердым пахом.
— Мурад, ну подожди! — стону я, еле оторвавшись от его губ, потому что мне и самой затуманивает мозг его близость. — Мама сейчас придет.
— Черт! — рычит он, отпуская меня и вовремя отступая, потому что мама и правда заходит всего через несколько секунд.
— Мурад, ты вернулся! Можем садиться ужинать, — улыбается она, поправляя влажные волосы.
