В тесной спальне полыхает единственное ламповое пятно света, когда на пороге появляется мужчина с горящими глазами и вызывающим одурманивающим намеком. Я истерически хохочу в ужасе и страхе - за свою маму, маленького сынишку и самое дорогое будущее.
— Ты меня до могилы доведешь! Эх, нет на тебя ремня, Самира!
— Взрослая я уже для ремня, — обнимая ее сзади за плечи, подмазываюсь я. — Но если тебе от этого станет легче, то папа в детстве меня порол, если я плохо себя вела. Как видишь, не помогло. Я все еще поступаю так, как сама считаю нужным.
— Ты слишком своевольная, себе же во вред, — ворчит тетя, шлепая меня по обнимающей ее руке. — Вот найду тебе строгого мужа, который спуску не даст, будешь знать!
— Снова ты об этом, — стону я. — Не нужен мне никакой муж, я едва от одного замужества сбежала.
— Так тебе уже двадцать четыре, время— то идет!
— Это мое время и меня все устраивает. Все, закрыли эту тему! Теперь до отъезда Мурада буду дома сидеть, потому что знаю я тебя. Дай тебе волю — начнешь с утра до ночи на кухне готовить, чтобы откормить этого своего большого ребенка.
— Он— то в чем виноват? — смеется тетя. — По— моему, ты просто ревнуешь.
— И ничего я не ревную! Я, между прочим, давно не ребенок и веду себя по— взрослому, в отличие от него.
— Ну— ну, — не верит мне она, лишь больше выводя из себя.
Этот грубиян еще не приехал, а уже усложнил мне жизнь! Хоть одно утешение — я увижу Луизу и ее малыша, видео и фото которого мы с тетей пересмотрели уже сотню раз.
* * *Я не могу оторвать от него взгляд. Смотрю, залипнув, и не могу поверить, что можно быть таким красивым. Все— таки, фото не передает всего очарования этого малыша.
— Ему точно месяц? — спрашиваю у Луизы, гладя пухлую ладошку ее сыночка.
Мои младшие братья по отцу были очень мелкими и тощими в таком возрасте.
— Точно, почему все об этом спрашивают? — смеется она. — Да, Амир крупный ребенок, но ты бы видела, какой у меня был большой живот! Мурад все время дразнил, что я вот— вот лопну.
— Оба моих сына были такими же крупными, — смеется тетя Разия, держащая внука на руках. — Ох, и сложно они мне дались. Зато в роддоме мы были самые красивые. До чего же он похож на Мурада, Луиза, ну просто одно лицо!
Я не могу не согласиться.
