В тесной спальне полыхает единственное ламповое пятно света, когда на пороге появляется мужчина с горящими глазами и вызывающим одурманивающим намеком. Я истерически хохочу в ужасе и страхе - за свою маму, маленького сынишку и самое дорогое будущее.
То есть, фактически мы уже так живем, ничего даже не изменится.
— Изменится, Мира, ты забываешь, что…
В трубке вдруг слышится громкий плач моей новорожденной племянницы Эмилии, что прерывает наш разговор.
— Миля проснулась, потом договорим! — скороговоркой говорит Ляля.
— Давай, зацелуй ее от меня в обе щечки.
Я кладу трубку и валюсь плашмя на кровать, уставившись в потолок. Как бы не хотелось игнорировать и подавлять свои глупые чувства, но слезы все равно собираются в уголках глаз и текут вниз, по вискам на одеяло.
«Он всего лишь мужик, Мира! Обычный, среднестатистический, ненадежный мужик! Чего еще от него ожидать? Все они такие! Похотливое животное!»
Я даже не уверена, что он действительно ищет жену, но что-то подсказывает, что скорее всего это правда. А это значит, что он действительно едет сюда, чтобы развестись со мной.
«Это даже разводом считать нельзя, ведь брак-то ненастоящий» — пытаюсь убедить себя.
Но это почему-то не приносит облегчения. Я все равно чувствую себя преданной.
Глава 18
К тому времени, как Мурад приезжает домой, я настолько накрутила себя, что мне хочется плеваться огнем, чтобы сжечь его, как только он появится на пороге нашего дома.
— Здравствуй, Самира! — слишком уж радостно лыбится этот мерзавец, глядя на меня, как на давнюю подружку, а не на девушку, присутствие которой он едва мог терпеть.
Хотя, почему бы ему и не порадоваться? Он ведь, наверное, уже предвкушает как избавится от меня и женится на какой-нибудь дурочке, которая польстится на его сомнительные достоинства.
— Привет, — нехотя здороваюсь в ответ, и то лишь из-за присутствия мамы, которая хмуро смотрит на меня. — Амир спит, так что я пока займусь своими делами.
— Мира, что с тобой? — спрашивает мама. — Мурад только приехал, давай пообедаем вместе.
— Я не хочу есть, приятного аппетита! — бурчу, уходя в нашу с пельмешком спальню.
Моему малышу совсем скоро исполнится годик, так что его дневной сон становится короче, что мне сейчас совсем не на руку.
Не проходит и получаса, как придурок заявляется в нашу спальню. Спасибо хоть постучал!
— Чего тебе? — даже не скрываю своей неприязни.
— Самира, я тебя не узнаю. Какая муха тебя укусила? — спрашивает наглец, приближаясь к кроватке, а значит и ко мне, ведь я сижу в кресле рядом.
