Здесь пахнуло непростым контрактом между людьми и земными существами, где космический приют для хищных растений стал местом, куда попадают самые необычные сущности. Угрюмый голос воспитателя бросается в уши как будто из глубин вселенной, а я — чужак среди чужих, пытаюсь найти своё место между гигантскими кустами и шершавыми лианами....
Я на матрасе, а девочки с другой стороны медкапсулы затащили корешки в небольшие горшочки.
Этот страшный день подошёл к концу.
И мы оказались в победителях.
Сквозь вязкую глубокую дремоту я слышала негромкие мужские голоса. Мне чудилась кухня и муж, стряпающий котлеты. А рядом со мной, неожиданно, его дед. Но стоило мне ухватиться за эту картинку, как всё исчезло. Теперь я бродила у теплицы, а мужчины зачем-то выкорчёвывали из земли Лапушку, поедающую... вот те на... те самые котлеты!
— ... твоя девочка мне так и сказала, дом большой строить будем.
— ... ты тоже придумал, дед, зачем тебе участок?
— ... строительство — дело не одного дня...
— ... восстановим пока что есть... Не чуди, вместе жить будем...
Эта фраза врезалась в моё сознание, отгоняя вязкую дремоту.
Нехотя распахнув глаза, встретилась взглядом с мужем.
Нахмурившись, я пыталась понять, что не так.
Он лежал рядом со мной на кровати. И комната вроде не та, в которой мы засыпали вчера.
— Калеб, ты почему не в капсуле? — я внимательно вглядывалась в лицо мужа.
— С добрым утром, малыш, — он хитро улыбнулся. — Потому что она мне больше не нужна.
— А я как здесь оказалась?
Покрутив головой, сообразила, что медкапсулы даже в комнате нет.
Когда унести успели? И главное, зачем? Калебу же два дня в ней лежать.
— Что ты такая переполошенная, Дали? Тебя дед сюда перенёс по моей просьбе.
— Не помню этого, — призналась я.
— Потому что тебе вкололи снотворного, детка.
— Зачем?
Поморщившись, приподнялась на локтях. Перед глазами резко потемнело.
— Затем, что кто-то не сказал, что у него ожоги на ногах, — в голосе мужа мне почудились суровые нотки.
— Просто покраснело, — пожала плечами. — Я сама это заметила, когда уже спать ложилась.
Калеб нахмурился.
— А ночью, Даллия, у тебя поднялась температура. И нам очень повезло, что на кухне ночевал корабельный фельдшер, которого дед попросил проконтролировать моё состояние. Он зашёл сюда проверить одного больного, а обнаружил другого.
— И сколько я так сплю?
— Третий день пошёл.
— Ничего себе...
— Я уже извёлся весь, детка. Твой организм должен отдохнуть. День мы продержали тебя в капсуле, а потом оздоровительный сон. Плюс короткий восстанавливающий курс после ""лихорадки переселенцев"". Её у тебя подтвердили. Ну и в общем...
— ... в общем, ты выпрыгнул из капсулы и запихал в неё меня. Так? — я прищурилась, глядя на своего медведя.
— Да, — он расплылся в улыбке. — Как быстро ты меня раскусила.
