— Всё, что я говорила господину Ван дер Ваалу, сущая правда.
— Разумеется, правда, — опахало заходило в руке тёти как при штормовом ветре. — Иначе и быть не может. Такого мужчину, как господин Ван дер Ваал, провести невозможно. Опыт в любовных делах у него имеется немалый. И повидал он на своём веку не одну льстивую и расчётливую женщину.
Тётушка Филиппина сглотнула и промокнула уголки рта носовым платком:
— Я наблюдаю за вами второй день и скажу тебе напрямую: у нас всё получится. Ничто сильнее не разжигает страсть в мужчине, как отказ женщины. Чем больше ты будешь чураться его, тем сильнее он возжелает тебя. Но…
Тётя сложила опахало и задумчиво пожевала губами:
— Будет лучше, если каждый раз после встречи с ним, ты станешь мне рассказывать во всех подробностях, о чём вы говорили и как он себя с тобой вёл. Я научу, как тебе следует с ним вести, что говорить во всех возможных случаях.
— Вы предлагаете мне охмурить его? — Ника выпрямила спину и вздёрнула подбородок. От лица отлила кровь.
— Что? — подалась к ней женщина. — Как ты сказала?
— Обольстить, соблазнить, заморочить ему голову, — девушка торопливо подбирала синонимы.
— Очаровать и увлечь, — снисходительно улыбнулась тётушка Филиппина. — Ты молода и хороша собой. Речь у тебя приятная и мужчинам понятная. Манеры не столь изысканные, как того хотелось бы, но, я бы сказала, дразнящие и живые. Мужчинам сие по нраву. Доверься моему жизненному опыту, дочка, и ты станешь женой главы гильдии ювелиров.
Последние слова она произнесла с благоговением, глядя на племянницу во все глаза в ожидании понимания и восхищения от открывшихся перспектив.
Ника укоризненно покачала головой:
— Эх, тётя, тётя. У меня двойной траур, а вы говорите о замужестве.
Её слова пропустили мимо ушей:
— Сделаешь, как я научу, и ровнёхонько через две недели господин Ван дер Ваал придёт просить твоей руки.
София со стуком поставила перед хозяйкой омлет с зеленью и гренками. Спросила:
— Вам подать чаю или напитка из сухофруктов?
— Чаю, — ответила Ника. — Скажи Хенни, что я скоро приду. Будем готовить пиццу.
Тётушка Филиппина накрыла ладонь племянницы своей ладонью и ласково погладила:
— Птицу приготовят без тебя, дочка. Послушай свою неглупую тётушку. Мужчины любят, когда их боготворят, хвалят, восторгаются ими. Хвали господина Ван дер Ваала за то, что он сам в себе ценит, но не переусердствуй. При этом смотри на него томным взором…
— Знаю, надо тихо вздыхать, но так, чтобы он услышал, приоткрыть рот и… — она пододвинула тарелку с омлетом и взяла ложку, — посмотреть на другого мужчину, чтобы он к нему приревновал.
— Ни в коей мере! — тётя нетерпеливо заёрзала на сиденье диванчика, отодвигая диванную накладку. — Не всё столь просто.