— Жакуй хочет пить! — послышалось утробное бульканье. — Женщина, налей мне пива. Пинту. Шевелись.
Девушка сладко потянулась в постели:
— Ага, сейчас, разбежалась.
Хоть и выспалась, но вставать не хотелось. На часах-луковице, пристроенных в изголовье кровати, стрелка приблизилась к римской цифре семь. Через приоткрытое окно донёсся лай Бадди. То ли он услышал голос своего пернатого друга, то ли получил на завтрак вкусную косточку — в любом случае, слушать его не заунывный вой, а радостный лай было приятно. Кроме прочего, день обещал быть тёплым и солнечным.
— Бестолочь!.. Фьюи-ить! — залился Жакуй сигнальным свистком. — Свистать всех наверх!
Ника машинально прижала ладони к ушам и поморщилась.
— Грубиян! — повысила голос на птицу. — Пора бы тебе поменять манеру общения и, наконец, стать джентльменом.
— Жакуй хочет жрать! — заявил попугай голосом искусственного интеллекта.
— Потерпишь, — отмахнулась от него Ника. — Вот приведу себя в порядок и займусь тобой. Кстати, ты давно не принимал водные процедуры?
Когда с улицы донеслось режущее слух:
— Карр-карр! — девушка чертыхнулась, нехотя встала, подошла к окну и отдёрнула штору.
На каменной ограде сидела нахохлившаяся крупная серая ворона и смотрела на окно.
— К тебе подруга прилетела, — сообщила Ника Жакую.
Открыла створку окна и пододвинула клетку к краю:
— Скажи ей «Пррривет» и помаши крылышком.
Жако неожиданно гавкнул и в ответ ему прилетело радостное:
Ника дёрнула за мочку своего уха и скривилась:
— Ну и противный же голосочек у твоей носатой подружки. Научил бы её изъясняться по-светски, что ли, обогатил бы её словарный запас приятными… хм… звуками.
— Гаргулья, — хрюкнул сквернослов на девушку.
Демонстративно повернувшись в сторону крылатой гостьи, он вытянул шею и издал мелодичный свистящий звук.
— Надо же! — удивилась Ника. — Как я так Гаргулья, и в мой адрес несутся лишь нецензурная брань и свист боцманской дудки, а как для подружки, так соловьиной трелью разливаешься!
На трель попугая с улицы ответили громким хриплым:
— Дуэт в полном составе, — проворчала Ника. — Монсеррат Кабалье и Хосе Каррерас. Эй, Монсеррат! — окликнула серую.
— Вррроня, — сообщил Жакуй, вытянув шею в сторону подруги.
— Сам назвал или она тебе милостиво сообщила своё имя? — поинтересовалась Ника с сарказмом.
Попугай угрожающе щёлкнул языком и встопорщил пёрышки на шее:
— Будешь ругаться, оставлю без завтрака. А пока заткнись. Вон, займись своей носатой подружкой.
Ника отошла к умывальнику, воскрешая в памяти, что по списку дел значится на утро на первых местах. Вспомнив, что Ван дер Меер пообещал, что придёт Дебора ван Беркхоут, улыбнулась своим мыслям.
Бен Лаппер подошёл на роль бармена как нельзя лучше.