Оставаясь на пороге, он ощупывал подозрительным взором Ван дер Ваала, стоявшего напротив входа, поглощённого изучением своего отражения в висевшем над рукомойником зеркале.
— Всё нормально, — Ника отвела глаза. — Вот провожу гостя и пойду спать. Алан… — всматривалась в ночную тьму. Снова ощущала на себе покалывание чужого взгляда. — Адриан обещал мне, что патрульные будут ходить по этой улице чаще, чем по другим.
— Мы не так давно проходили здесь, но пришлось вернуться. Нас догнал мальчишка и крикнул, что у кофейни творится беспорядок. Ты ничего не слышала?
— Нет. Может, шум доносился от канала?
Матфейсен оглянулся через плечо на подчинённых, стоявших на углу дома в ожидании своего капитана. Один из них держал под уздцы Люцифера.
Услышав голос Ники, конь заржал.
— Привет, красавчик! — отозвалась она, помахав ему рукой. — Давно не виделись.
— Руз, тебя определённо что-то беспокоит, — напомнил о себе Алан.
Девушка прислушалась. Тишину глубокого вечера нарушал лишь тихий разговор трёх дозорных и звон уздечки.
— Нет, всё хорошо. Просто устала за эти дни. Вот увидела тебя, и мне стало гораздо спокойнее. Может, останешься и, пока твои люди сходят к каналу, выпьешь с нами чаю с бутербродами? У нас остались бутерброды? — спросила Ника у Хенни.
— Есть остатки рыбного пирога, — охотно ответила та, с нескрываемым любопытством поглядывая на подтянутого блюстителя порядка.
Ван дер Ваал не вмешивался в беседу. Вздёрнув подбородок и выражая всем своим видом недовольство, он терпеливо ждал, когда хозяйка кофейни вновь останется одна.
— В другой раз, — ответил Алан излишне эмоционально, всё ещё пребывая в лёгком возбуждении. — Господин Ван дер Ваал, уж коль мы повстречались, позвольте сопроводить вас до дома.
Он не лебезил перед нуворишем, вёл себя достойно, добросовестно исполняя свои обязанности. Знал Матфейсен наверняка или догадывался, что отец Виллемины выбрал себе другого зятя, Ника судить не взялась. Была уверена, что он не из тех, кто будет топтаться на крыльце и стучать в запертую дверь, зная, что хозяева намеренно не открывают.
Нувориш неторопливо повернулся к капитану:
— Весьма благодарен вам за заботу, но о своей безопасности я в состоянии позаботиться сам, — спрятал раздражение за снисходительной ухмылкой. — К тому же мы с госпожой Руз не договорили.
— О, не волнуйтесь, — не преминула разочаровать его Ника. — Я высказала своё мнение по интересующему вас вопросу. Вряд ли оно изменится. Тем более время позднее, где-то гуляют подвыпившие мастеровые, мало ли… Будет лучше, если вас сопроводят до дома. Мне за вас будет спокойнее, — она обезоруживающе улыбнулась, отступая от двери, освобождая проход.