Широкий жёсткий незамкнутый браслет-манжета с плоской фоновой филигранью с цветочным мотивом, инкрустированный крупным камнем, выглядел элегантно и презентабельно — в духе этого времени.
— Двадцати двух лет.
— Заказ сделал её супруг в знак благодарности за рождение первенца.
— Подойдёт, — Ника захлопнула книжицу. Заталкивала вглубь себя невесть откуда взявшуюся необъяснимую тревогу. — Господин Ван дер Ваал, вы теперь всякий раз при получении заказа будете приходить спрашивать моего совета? Зачем он вам? У вас тонкий вкус, вы не лишены чувства прекрасного, ваши рисунки исполнены превосходно. Вы мастер своего дела.
Мужчина подступил к девушке, забрал из её рук книгу, взял за руку и заглянул в лицо. Его глаза стали тёмными, непроницаемыми. В них отразилась решительность добиться желаемого любой ценой.
— Госпожа Руз, не понимаю, что вы со мной сотворили, но за удивительно короткое время у меня появилась потребность лицезреть вас не ежедневно, а ежечасно.
Его горячее дыхание коснулось её щеки. Обдало древесно-пряным ароматом. Показалось, что сейчас нувориш её поцелует, и новый конфликт неизбежен.
Ника отшатнулась от мужчины, отступила:
— Господин Ван дер Ваал, — голос просел. Сердце сжалось в дурном предчувствии.
Девушка прочистила горло покашливанием:
— Ваш визит затянулся и вышел за рамки приличия. Прошу вас уйти.
Проследив за её рукой, указавшей в сторону выхода, ювелир не сдвинулся с места:
— Госпожа Руз, у меня к вам отнюдь не праздный интерес. Я…
От сильного стука в окно Ника вздрогнула и испуганно впилась в тьму глазами.
— Руз, открой, — требовательно стучали с той стороны.
Стучали настолько сильно, что показалось, вот-вот треснет стекло.
— Кто там ломится? — раздался перепуганный возглас из кухни. Распахнув половинчатую дверь, в зал вбежала Хенни. — Никак разбойники! Выручка где?
— Не разбойники, — узнала Ника голос стучавшего.
За окном из кромешной темноты размытым бледным пятном проглядывало лицо Алана Матфейсена, приникшего к стеклу.
Девушка испытала необыкновенное облегчение. Капитан ночного дозора появился своевременно. Может, и вправду, не следует завешивать окна плотными портьерами?
Ника поспешила в переднюю и открыла дверь Алану:
— Заходи, — обернулась на Хенни, остановившуюся за ней с подсвечником.
В открытую дверь задувал лёгкий ветерок. Колеблющееся пламя свечи осветило беспокойное лицо мужчины.
Девушка выглянула на улицу. Не Матфейсен ли стоял и наблюдал из темноты за тем, что происходило в кофейне? Он не мог слышать разговор, но то, что Ника и её гость стояли непозволительно близко друг к другу от его глаз не укрылось. Какие выводы он успел сделать?
— У тебя всё хорошо? — спросил капитан.