— Дверь не закрыла не я, а ваша новая прислуга, — поджала губы служанка, неспешно следуя в переднюю.
— Покажешь Лине, что где лежит, в чём бельё стирать, — распорядилась мама вслед. — Присмотри за ней.
— Я не стану ходить за вашей прислугой и проверять, что и как она делает. Меня никто не учил, — бурчала Хенни на ходу.
Госпожа Маргрит услышала.
— Ты позабыла, — напомнила громко. — Я тебя всему выучила. К слову сказать, готовить тоже.
Служанка не ответила. Перечить прежней хозяйке крайне непозволительно — всякое может случиться.
Из кухни, на лету издавая визгливый пронзительный звук, вылетел Жакуй. Приземлившись на спинку дивана, щёлкнул языком:
— Хороший мальчик, — ответила Ника. — Ты теперь всех визитёров будешь называть гаргулья? Говори… гость. Понял?
Попугай встряхнулся:
— Цыц! — прикрикнула на него девушка. — Будешь сквернословить, перевяжу клюв лентой и развязывать стану только три раза в день на время кормёжки.
— Вижу, все в сборе, — в зал вошёл Ван дер Меер с небольшим коробом под мышкой.
Поздоровался и уверенно прошёл к собравшимся у стола женщинам. Погладил ладонью белёсую столешницу, одобрительно кивнул и поставил на неё короб. Улыбнулся, осматривая изменившийся зал кофейни.
— Правда, уже красиво? — улыбнулась в ответ Ника, довольная произведённым эффектом. — Светлые тона зрительно расширили пространство, дали ощущение лёгкости и свободы. Не так ли?
Одно дело смоделировать интерьер на бумаге, и совсем другое — увидеть наяву воплощённые в жизнь идеи и задумки. Не глядя ни на кого, девушка принялась с интересом осматривать коробку, судя по наклейкам, прибывшую из Франции. Не обратила внимания на воцарившуюся тишину.
— Лёгкости и свободы… расширили пространство, — повторила Хенни, не спуская восторженных глаз с молодой хозяйки.
Госпожа Маргрит с отсутствующим видом прочистила горло покашливанием и встала:
— Адриан, есть будешь? Мы только что поели, но…
— Жакуй хочет есть, — сообщил попугай. С невероятной скоростью перелетел на плечо Кэптена.
Тот придержал его, ласково погладил, скосил на него глаза и шутливо спросил:
— Нравится тебе здесь? Не обижают?
Хенни подняла глаза к потолку совсем как молодая госпожа:
— Где его ещё так кормить будут? На одних орехах разориться можно.
— Гаргулья, — щёлкнул клювом Жакуй в сторону служанки.
— Кыш, — отмахнулась та, на всякий случай отступая за спину госпожи Маргрит.
Ника задержала взор на трости Ван дер Меера, оставленной у спинки дивана.