Автор
Нежность и искушенная дружба в кафе, кино и танцах разрушают мрачные мысли Ростислава Андреевича. Но его подруга Маша приходит к ним со своим светом, стирая границы боли. Атмосфера книжного клуба наполняется теплом и тайной вокруг этого неожиданно дружественного сюжета....
Руки подрагивают. Смотрю на Машу, которая вяло царапает что-то на листе бумаги и завидую ей. Может не переживать по поводу не сдачи. Папа в любом случае поставит ей зачет.
Ответила на два вопроса, и на третьем, самом легком, дело застопорилось. Блин, вот бы краем глаза в учебник заглянуть. Но Ростислав зорко бдит за каждым, хоть и делает вид, что занят перепиской. Едва моя рука потянулась к шпаргалке, спрятанной под методичкой, как он злобно зыркнул в мою сторону.
– Короткова, Вы уже готовы ответить? – спрашивает.
– Нет еще, Ростислав Андреевич, – отвечаю и низко опускаю голову.
– Двадцать минут истекли, – через пять минут говорит препод и откладывает в сторону телефон. – Кто первый? Нет желающих? Тогда буду вызывать рандомно по списку, – водит ручкой по листу с фамилиями. – Мерзликина.
Марина поменялась в лице, но поднялась со стула, прошла через всю аудиторию с зачеткой в руке и села напротив преподавателя. На ней короткая юбка, и могу поспорить, она специально медленно шла, чтобы Тепляков мог рассмотреть ее ножки и поставить зачет без мучений.
Зря старалась. Тепляков спрашивал строго и пресекал флирт на корню. Задал ей кучу вопросов, и бедная Маринка уже чуть не плакала, поняв, что ее отправят на пересдачу. Вот же монстр! Едва ли кто-то из нашего курса пойдет работать в страховую компанию. На фиг нам вообще сдалось это дурацкое страховое право?!
Тепляков закрыл Маринкину зачетную книжку, не сделав в ней отметки о сдаче. Она насупилась, взяла рюкзак и вылетела из аудитории, забыв повилять бедрами.
– Следующий. Короткова, пожалуйста, – приглашающим жестом показывает на первую парту перед собой.
У меня внутри все кипит от страха. Дрожащими руками беру лист со своими каракулями, что написала в спешке, и зачетку. Сейчас он мне устроит, тоже со слезами убегу.
Сажусь напротив Ростислава Андреевича и не смею поднять на него глаз. Смотрю в свой текст и не могу разобрать ни слова. Да что за фигня? В голове какая-то каша, состоящая из терминов в области страхования и воспоминаний о вечере в ресторане, когда он зажал меня в темном углу и рассматривал мои губы.
– Вы не ходили на мои пары, – сурово говорит Тепляков. – Надеюсь, хорошо подготовились. Потому что вместо трех стандартных вопросов, я задам Вам пять – два дополнительных, за прогулы. Надеюсь, вы хорошо провели время вместо того, чтобы сидеть на скучной лекции.
Кто-то из студентов громко засмеялся, а я порозовела от смущения. Он сказал это таким тоном, будто вместо учебы я где-то трахалась.
