Автор
Нежность и искушенная дружба в кафе, кино и танцах разрушают мрачные мысли Ростислава Андреевича. Но его подруга Маша приходит к ним со своим светом, стирая границы боли. Атмосфера книжного клуба наполняется теплом и тайной вокруг этого неожиданно дружественного сюжета....
– Нет, спасибо, – не останавливаясь, говорю я. – Я тут рядом живу.
Зачем я это сказала? А вдруг он сейчас напросится ко мне на чай? Что тогда делать?
– Садись, я не кусаюсь. Довезу как принцессу до подъезда.
Мамочки, как поступить? Сяду – и поминай, как звали.
– Я в магазин собиралась зайти, вон в тот, видите? За продуктами, – вру.
– Ты боишься меня, Ксюшенька?
Он преграждает мне дорогу своей громадной тачкой и выходит из салона. Оглядываюсь по сторонам в поисках спасения, но никому нет до меня дела.
– Михаил Петрович, чего Вы от меня хотите? – спрашиваю испуганно.
– Просто пообщаться. Пойду вместе с тобой в магазин, помогу с пакетами.
– Да я и сама справлюсь, – бурчу.
Увязался за мной и идет следом. Вот что ему делать не фиг, как таскаться за студенткой? Неужели я так сильно зацепила этого старика, что он примчался в институт и поджидал меня? Сказала ведь, где учусь, и даже подумать не могла, что загнала саму себя в ловушку.
Иду по магазину, ощущая его присутствие, и не знаю, что класть в корзину.
– Я не смогу оплатить горбушу холодного копчения!
– Я сам оплачу, – отрезает старший Востриков. – Хочу сделать тебе приятное. Худющая вон какая, видно, что плохо питаешься.
– Мне не нужны от вас подачки, – сжимаю губы в нитку.
– Ты чего такая колючая? Да не сделаю я тебе ничего плохого, – смеется он неожиданно приятным смехом. – Кто сказал обо мне плохо? Неужели Ростик?
В его устах имя Теплякова звучит так, будто он говорит о своем сыне.
– Нет, никто ничего не говорил о Вас, – отрицаю, чтобы не подставлять Ростислава. Все-таки они партнеры и почти родственники. Разберутся между собой и меня крайней оставят. – Просто… просто вы мне в дедушки годитесь, – выдаю я.
Зачем я это сказала? Вот сейчас он рассердится! Кому приятно такое услышать? Он же наверняка чувствует себя орлом.
– И правда гожусь. Но, как говорится, старый конь борозды не портит.
Фу, меня чуть не стошнило на прилавок с колбасой от этих слов. Аж позеленела вся, – вижу свое отражение в стеклянной витрине. Бегу со всех ног к кассе, и Востриков старший едва за мной поспевает.
