Спустя годы после школы героиня встречает свою былую обидчицу, королеву класса, которая травила её в детстве. Но жизнь распорядилась по-своему: некогда всесильная королева теперь беззащитна. Роман о том, как меняются люди, о силе памяти и о возможности отмщения, которую дарует судьба.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Нежные листья, ядовитые корни» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Спустя годы после школы героиня встречает свою былую обидчицу, королеву класса, которая травила её в детстве. Но жизнь распорядилась по-своему: некогда всесильная королева теперь беззащитна. Роман о том, как меняются люди, о силе памяти и о возможности отмщения, которую дарует судьба.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Ивановна Михалкова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Спустя годы после школы героиня встречает свою былую обидчицу, королеву класса, которая травила её в детстве. Но жизнь распорядилась по-своему: некогда всесильная королева теперь беззащитна. Роман о том, как меняются люди, о силе памяти и о возможности отмщения, которую дарует судьба.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Уточню – в третьей четверти?
Молчание.
– Вы ведь обе прекрасно понимаете, о чем я говорю.
Молчание. Они даже не пытались выкрутиться – «мы не помним» или «это вас не касается». Не пытались притворяться, что не понимают, о чем речь. Просто молчали. Бабкин смотрел на двух женщин, и происходящее нравилось ему все меньше и меньше.
– Это была просто грубая шалость, – выговорила наконец Любка.
– Шалость, – повторил Макар. – Грубая.
Он внимательно посмотрел на нее. Любка пожала плечами:
– И глупая. Мы не были добрыми девочками в школе.
– Серьезно, ничего особенного, – добавила Коваль.
«Руки, руки ей держи!» – «Кусается, тварь!» – «А-а-а-а-а!»
Ирка налила себе воды и выпила залпом, как водку.
Илюшин сунул кулаки в карманы брюк.
– Мне хотелось бы вам кое-что объяснить, – сказал он. – Я не знаю, что произошло много лет назад. Но я знаю, что произошло здесь недавно. Ваша подруга устроила встречу бывших одноклассниц. И что особенно интересно, женщины, которые были на этой встрече, боялись упоминания имени Зинчук – все, кроме одной.
«Коридор такой длинный, что кажется, они бегут вечность. Догнать, сбить с ног, подмять под себя… Кто это визжит? Светка?
– Давай сюда!
– Я не знаю, где они!
– Ищи, дура!
– Вот, вот…
Дрожащие скрюченные пальцы, блеск металла».
– Кроме кого? – спросила Ирка, просто чтобы перебить звеневшие в ушах отголоски криков. Ей казалось, их слышат все.
– Кроме моей жены, – подал голос здоровяк.
– Она единственная, кто не понял, отчего вас так волнует Зинчук. – Юнец взглянул на Коваль. – И это снова возвращает нас к школьной истории.
– Чушь! Какая тут связь?
– В конце концов, – словно не слыша Савушкину, продолжал парень, – женщину, которая все это устроила, нашли убитой.
На словах «все это устроила» Любка с Коваль вздрогнули и переглянулись. О чем он говорит, о встрече? Или о том, что произошло восемнадцать лет назад? Что ему известно?
– Бред… – растерянно пробормотала Коваль.
– Зинчук могла через столько лет после того случая в школе решить отомстить? – спросил Макар.
– Только если она шизанулась начисто, – не раздумывая, ответила Любка.
– Спрошу иначе: могла Юлия Зинчук после того случая в школе начисто, как вы выразились, шизануться?
– Нет!
– Ирина, а вы что скажете?
Коваль уставилась в пол.
– Это была просто шалость, – тупо повторила она.
«Откуда столько крови? И на лезвии, и на полу…"
"– Кто-нибудь, дайте бинт. Дайте же этот чертов бинт! Что вы стоите?!»
Макар потянулся и непринужденно покачался на пятках. Бабкин устал стоять, но сесть им так никто и не предложил, а сам он не собирался просить разрешения второй раз. Особенно у этой грудастой стервы карманного формата с лицом развратного ребенка.
