Автор
Данте Дишон стоил только то, чтобы зайти в терминал аэропорта. Сердце бешено забилось и лоб потемнел от напряжения. Это был не просто поездка — это спринт по всем земным часам, перемещение между городами, где каждый день было новым приключением. Наконец-то он смог улечься в любимый кресло и оценить этот момент в одиночестве — аэропорт стал его безопасной гаванью после долгих путешествий....
Сочувствие, боль из-за несправедливости мира… Хотя чему он удивляется, когда еще в восемь лет на собственной шкуре познал, что справедливости не существует, а весь его мир раз и навсегда изменился?
Но почему она сама ничего не сказала?
Ива неуверенно улыбнулась и поднесла к губам бокал шампанского. И какой-то его части захотелось бегом броситься к машине, как можно скорее оказаться в Лондоне, сесть на самолет и вернуться в Париж, чтобы все это осталось в прошлом.
Краешком глаза заметив, как все женщины, хихикая, сбиваются в стайку, он сперва не понял, что происходит, но быстро сообразил, что сейчас невеста бросит букет. И почему-то даже не удивился, когда под громкий смех и поздравления букет поймала именно Ива.
Не в силах оставаться на месте и смотреть, как ее родственники улыбаются ему с таким видом, словно уже готовы принять его в свой клан, Данте начал действовать. Не обращая внимания на рыжую с соблазнительным вырезом, что подбиралась к нему все ближе и ближе, он подошел к Иве, забрал у нее пустой бокал и велел:
– Пойдем отсюда.
На ее лице явственно проступило облегчение.
– Думала, ты никогда не попросишь.
Они быстро шли к дому, настолько быстро, насколько позволяли туфли на высоких каблуках и явный перебор алкоголя, но на этот раз Данте решил не обращать на это внимания.
Он терпеливо ждал, чтобы она сама заговорила о речах, но она молчала. Лишь судорожно сжимала его руку. Данте вновь задумался о словах ее отца и о превратностях судьбы. Наверное, Ива на горьком опыте убедилась в скоротечности и хрупкости жизни и в том, что беда приходит, когда ее совсем не ждут.
Никого не встретив по пути, они добрались до ее комнаты, все еще слыша музыку, смех и обрывки разговоров в саду.
