Она была на грани гибели, когда он протянул ей руку. Но спасение оказалось западней. Теперь она его пленница, его игрушка, его одержимость. Ему нужна не просто послушная жертва — ему нужна сильная противница, готовая противостоять ему. Но сможет ли она вырваться из его объятий, не потеряв душу?
Раздел Chitat.online для книги «Незнакомец. История одержимости. Книга 1» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Она была на грани гибели, когда он протянул ей руку. Но спасение оказалось западней. Теперь она его пленница, его игрушка, его одержимость. Ему нужна не просто послушная жертва — ему нужна сильная противница, готовая противостоять ему. Но сможет ли она вырваться из его объятий, не потеряв душу?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Она была на грани гибели, когда он протянул ей руку. Но спасение оказалось западней. Теперь она его пленница, его игрушка, его одержимость. Ему нужна не просто послушная жертва — ему нужна сильная противница, готовая противостоять ему. Но сможет ли она вырваться из его объятий, не потеряв душу?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А как же долг мне? Я-то когда его увижу? Или тоже нужно подождать?
Кровь отхлынула от лица. Я всем должна, в том числе и Свете. Небольшую сумму, но и ее не было.
– Давай в следующем месяце? – предложила, рассматривая коротко отстриженные ногти без лака. – Я возьму несколько смен, и тогда точно хватит рассчитаться.
– Ты сдохнешь быстрее, чем расплатишься с долгами, – отмахнулась Света, тряхнув гривой светло-русых волос.
– Ну, прости. Иначе не получается заработать.
– Блин, учиться надо было, и квартиру оставить. А не бросать все. Лапша! Эх, ты все-таки Лапша.
– Перестань. Мне не нравится.
– Тогда дура! Работу тебе надо нормальную найти. Или мужика состоятельного. Ты же симпатичная. Хватит свою целку беречь. Иди и предложи ее повыгоднее. Говорят, можно неплохо заработать.
– О чем ты говоришь! – теперь лицо залилось румянцем. Интимные вопросы меня пугали до дрожи в коленях.
Еще одна тема, которую одноклассница в последнее время все чаще и чаще поднимала. В первый раз она предложила подобный способ подзаработать три месяца назад. Тогда я решила, что это шутка. Вот второй раз уже расстроилась. Потом обиделась. А сейчас даже не знала, как воспринимать подобное заявление.
– Я же тебе говорила, что Лиза Семёнова так неплохо заработала. И знаешь где она сейчас? В столице! Причем устроилась там очень хорошо. С таким-то любовником она как сыр в масле катается. А все что требовалось, так повыгоднее свою невинность предложить.
Я проглотила вставший в горле ком. Ох, не так меня растили и воспитывали. Чтобы подумала мама или бабушка, если бы услышали подобные заявления?
– Помнишь, какой она замухрышкой была?
Я кивнула. Помнила и не понимала, почему все так придирались к внешности девушки. Да, она выросла в бедной семье. Отец-алкоголик, спился и умер от какой-то малоприятной болячки. Мать тянула трех детей. И только Лиза была нормальной в семье. Правда, выглядела всегда так, словно одевалась на помойке. И не дружила с гигиеной. Как оказалось, дело было не в бедности или отсутствии воспитания, а в том, что она намеренно прятала за грязной неряшливой оболочкой. Если бы она помылась разок и нацепила симпатичное платье, ее бы изнасиловали. Красотка! Она была действительно очень красивой, притягательной. Сногсшибательной. Но это одноклассники узнали накануне выпуска. Тогда Лизка пропала на две недели. Все думали, что девушка заболела перед выпуском. Благо экзамены были сданы, и ребята готовились к празднику. Лиза появилась накануне. Яркая, сияющая, дорого одетая, с макияжем и усыпанная драгоценностями.
– Так вот, продала свой дорогой товар и рванула в столицу, – сообщила Света и ткунала в меня своим телефоном. – Глянь, как теперь она живет.
Я рассматривала поток фотографий в «Инстаграме».
