– Не то что я, верно?
Рид застонал, поняв, что проявил бестактность.
– Я вовсе не это хотел сказать, и ты это понимаешь. Не хочу, чтобы тебе причинили боль. Разве это так уж плохо?
– Конечно, нет. Но тебе пора. Пациенты ждут.
– Поговорим позже, – пообещал он, целуя ее в щеку.
Даже после того как закрылась дверь, Трэвис остался на месте, боясь пошевелиться, глядя на дверь в гостиную. Ему не понравилось сказанное Ридом.
– Нам, пожалуй, тоже лучше уйти, – тихо заметил Рассел. – Нехорошо, если она узнает, что мы были здесь.
Мысли Трэвиса одновременно заметались и застыли. Он не мог понять, что делать. Идти к Ким? Сбежать? Остаться и оправдываться? Попытаться уверить, что он не такой, каким его изображают?
Рассел положил руку на плечо Трэвиса и повернул его лицом к задней двери.
– Какая ирония, – вздохнул Трэвис. – Мне нужна любовь, а ей – секс.
Рассел хмыкнул, но тут же подтолкнул Трэвиса к двери.
– Немедленно остановитесь, – велела Ким.
Рассел снял руку с плеча Трэвиса и отступил.
– Когда ты собирался признаться? – спросила Ким, не сводя глаз с Трэвиса. Неужели он слышал все, что она говорила брату? Если это так, она умрет от стыда.
Трэвис не спешил обернуться, а когда оказался с ней лицом к лицу, пожалел, что не успел удрать.
Она так и пылала гневом. Вот еще один человек, который ненавидит его! Утром Рассел, сейчас Ким. Оба смотрели на него, как на сатанинское отродье.
– Я пришел все тебе рассказать.
– Как вовремя! Но почему бы не сделать этого раньше? Ведь рассказал же ты о том, что твоя мать прячется от мужа и хочет выйти за Джо Лейтона? Но почему-то не упомянул, что ты адвокат и твоя фамилия – Максвелл! Воображал, что во мне взыграет алчность, и я стану покушаться на богатство твоей семьи?
– Конечно, нет, – защищался Трэвис и, не зная, с чего начать, пробормотал: – Я просто думал… я только…
– Прошу прощения, но я немного проголодался, – вмешался Рассел. – Не возражаете, если я…
Он показал на холодильник.
– Не стесняйтесь, берите что хотите, – рассеянно ответила Ким, по-прежнему глядя на Трэвиса.
– Ким, милая, – попытался Трэвис, но когда из глаз девушки, казалось, вырвался огонь, отступил.
– Он боялся, что вы возненавидите его из-за репутации Максвеллов, – заявил Рассел из-за дверцы холодильника.
– Да, – кивнул Трэвис. – Имя Максвелл вызывает в людях не самые лучшие чувства.
– Как во мне, например, – подтвердил Рассел.