В зимней академии Крылатых, где нет ничего лишнего, романтика взаимодействует с холодом. Лорд Ректор не скромничал: новый год будет ярким и необычным, а зимняя экзаменация станет настоящей ночью коктейлей и танцев. Это шанс для всех — как студентов, так вообще новогодних забав в академии!...
Как же, девочка моя, вы на стене-то очутились? Я и отошла всего на несколько минут, чтобы отварчика вам принести и сдобы свежей… Хорошо, что герцог спасти вас успел…
Пока говорила, нянька поднялась с колен, нашла мое почившее платье, покачала головой, дошла до столика, где, по всей видимости, был накрыт завтрак, и стала хлопотать над ним. Ее действия были такими отточенными, как у сиделки, которая давно присматривает за тяжело больным. Но самое главное, болтала она по привычке, не ждала ни моих ответов, ни моей реакции.
Ужасная ситуация. Я быстро натянула чулки и просторную нижнюю рубашку. На платье покосилась с опаской и все же решила, что бревном, плывущим по течению жизни, быть не желаю.
— Фрида, вы меня слышите? — окликнула нянюшку.
— Конечно, госпожа. Желаете умыться или… — она обернулась и застыла.
Я в это время надевала туфли и мужественно сражалась с незнакомой застежкой в виде перламутровой шестикрылой бабочки. Она больше походила на цветок, чем на насекомое, а, инкрустированная розовыми самоцветами, смотрелась дорого и изящно.
— А леди Скари это… — было трудно называть совершенно чужих людей своими родственниками, но пора привыкать. — Она моя мать?
И тут до служанки все же дошла некая истина. Из ее рук выпала чаша, наполненная ягодами, и спелые лиловые ягоды покатились по белоснежной скатерти, оставляя красноватые следы.
— Вы вернулись, госпожа моя… Вернулись, как магистр и предрекал… — выдохнула она и опустилась на стул с резной спинкой, потому что, по всей видимости, ноги ее не держали.
Я так и думала. Осталось выяснить еще один момент, чтобы поставить точный диагноз.
— А кем был мой дед?
Глаза старушки блеснули. Няня знала его хорошо. Это было видно невооруженным взглядом. Фрида ценила и уважала почившего предка леди Тасии.
— О, магистр Тануш Толди — государственный деятель, правая рука короля, великий ученый и, конечно же, целитель, как многие ваши предки по линии матушки, моя госпожа.
Тут она охнула, подскочила и вновь закудахтала:"
"— Вам необходимо позавтракать. Герцог был столь любезен, что приказал накрыть стол из самых любимых ваших блюд.
