В коридоре управления, несмотря на поздний час, было многолюдно. Виктор идет в кабинет Бережного, делая вид, что не замечает взглядов коллег. Он точно знает, что болтают полицейские, и в другое время его бы это злило, но не сейчас.
А еще Виктор не знает, позвонил ли кто-нибудь Диане. Жена генерала вместе с их дочкой тоже пребывала где-то в убежище, и Виктор не знал, где именно, он нарочно не хотел этого знать. Он только знал, что все их близкие находятся где-то вместе, и это его радовало — они поддержат друг друга.
Но теперь встал вопрос о том, что нужно сообщить семье генерала о случившемся горе.
А еще этот холодноглазый человек, по-хозяйски занявший кабинет Бережного.
Сегодня его не просто пытались убить руками безмозглой девчонки. Нет, убийца хотел, чтобы перед смертью Никита испытал свой главный ужас, чтобы последние минуты его жизни были наполнены животным, иррациональным страхом, который словно бы вышел из его кошмарных снов.
И, возможно, Никиту испытывали на разные раздражители, пока не нащупали то, что нужно. А сделать это мог лишь тот, кто был рядом постоянно, при ком он хоть иногда расслаблялся, обнажая себя настоящего, и при ком он однажды не смог сдержаться.
И все это еще раз подтвердило уверенность Виктора в том, что никто не должен знать, кто ты есть на самом деле и какие чувства испытываешь в том или ином случае. А для этого нужно постоянно прятать самого себя за какой-то маской. Именно маску видят люди, и она есть у каждого, нужно только найти подходящую.
Вот Дэн, например, использовал их несколько. Хотя его впечатляющая внешность уже сама по себе служила ему верой и правдой на поприще сокрытия собственного «я». Люди видят ослепительную вывеску и дальше уже не глядят. Виктор внутренне усмехнулся, вспомнив их с Дэном первое знакомство. Он ведь тоже, взглянув на напарника, которого сосватало ему начальство, был разочарован: вместо нормального опера, с которым можно пивка выпить и о футболе побеседовать, ему в напарники достался красавчик, место которому в Голливуде, а не в их убогом кабинете с видавшими виды столами, ободранным старым сейфом и двумя продавленными стульями для посетителей.
Тогда Дэн, сверкнув улыбкой, оглядел кабинет и хмыкнул:
— Имеет смысл слегка покрасить сейф, а то несолидно как-то.
— Да я бы не только сейф покрасил. — Виктор и представить не мог, как Дэн станет мараться в краске. — Обои поклеить, окно в порядок привести, стулья выкинуть к чертям. У меня дома есть парочка старых, но вполне пригодных стульев.
