Автор
Мир вокруг меня распадался, но я продолжала жить, увязшись в мраке собственных мыслей и желаний. Я стала тенью самой себе, оглушительно осознавая свою никчёмность и ненужность. Но даже такую жизнь я любила, надеясь на чудо, когда он вернёт меня обратно.
Он вдруг ушел в себя, куда-то глубоко в свои льды и я видел, что эти льды как будто плавятся, как будто корчатся под яркими лучами солнца и это причиняет ему боль. Или мне кажется. Больше он ничего мне не сказал. Я для него исчезла. Попятилась к двери, но Захар резко обернулся.
— Я тебя не отпускал. Садись. Я хочу, чтоб ты поела со мной. И приведи вечером своего сына. Если обещал — значит научу играть.
— А меня научите?
— Бесплатно? Я разве похож на кого-то, кто занимается благотворительностью?
Выдохнула и тихо извинилась.
— Научу, если ты поможешь мне с этим дурацким языком Брайля. То ли у меня пальцы со слоновьей шкурой, то ли мозги не так заточены, но эти проклятые точки никак не хотят выстраиваться в моей голове.
От радости перехватило дыхание. Как неожиданно. Я до сих пор не могу привыкнуть к его контрастности и непредсказуемости.
— Помогу. Это легко. Вы быстро запомните. У меня даже есть алфавит и очень удобная программа для компьютера.
— Даже так? — снова эта ухмылка и я не понимаю он доволен или злится, — Как ты серьезно подошла к устройству на работу.
— Да… всегда. Я ведь с детьми работала. Без ответственности никак.
— И кем ты работала?
— Аааа. эммм тренером по танцам.
— Как интересно. — снова какое-то легкое замешательство с его стороны, уход в себя на мгновения и потом опять возврат ко мне.
Пока мы ели Барский задавал вопросы о моей жизни в деревне кто я и чем занималась.
— Невероятно. Все это как-то… невероятно, — смеется и качает головой, отпивая чай.
— Что? Вы мне не верите?
— Почему? Верю. А разве должен не верить? Ты в чем-то мне солгала?
— Нет.
— В том-то и дело, что могу. Умная девочка… — выдохнул и поставил чашку на стол, — ты просто очень мне кое-кого напоминаешь.
Осторожно, словно ступая кончиками пальцев на его хрупкий лед:
— Кого? Ту… ту девочку?
Он кивнул и сдавил пальцами десертную ложку.
— Она тоже умела танцевать… красиво танцевать. Жить в танце.
Его опять уносило, как будто он видел то, что говорит.
