Сан-Франциско весной 1995 года: атмосфера напряжения и острого осознания важности правды. Окружной прокурор Карл Андруз, обретя уверенность в правильности своей версии, оказывается в центре скандала, когда его доверенное лицо, женщина-врач, оказывается втянутой в инкриминируемую ему смерть. Внутренняя битва между нравственным долгом и личным страданием - вот что ждет героев в этом драматическом произведении "Ничто не вечно"....
– Что-то у меня живот побаливает. Похоже, аппендицит.
– У меня ужасная боль в груди. Господи, надеюсь, это не сердечный приступ!
Кэт присела за столик к Пейдж и Хони.
– Ну, как все прошло? – спросила она.
– По-моему, все в порядке, – ответила Хони.
Они обе посмотрели на Пейдж.
– Я была ужасно напряжена, но старалась не подавать вида. – Пейдж вздохнула. – Тяжелый был день. Я бы с радостью ушла отсюда, а вечером где-нибудь повеселилась.
– Я тоже, – согласилась Кэт. – Почему бы нам не поужинать вместе? А потом сходим в кино.
– Прекрасная идея.
К их столику подошел санитар.
– Доктор Тэйлор?
Пейдж подняла на него взгляд.
– Я доктор Тэйлор.
– Доктор Уоллис хочет видеть вас у себя в кабинете.
Начальник больницы! «Что же я натворила?» – подумала Пейдж.
Санитар ждал, не отходя от столика.
– Доктор Тэйлор…
– Иду. – Пейдж глубоко вздохнула и поднялась со стула. – Увидимся позже."
"– Прошу за мной, доктор.
Пейдж проследовала за санитаром в лифт, и они поднялись на пятый этаж, где находился кабинет доктора Уоллиса.
Бенджамин Уоллис сидел за столом. При появлении Пейдж он оторвался от бумаг и посмотрел на нее.
– Добрый день, доктор Тэйлор.
– Добрый день.
Уоллис прокашлялся.
– Итак, первый рабочий день, но вы уже успели произвести впечатление!
Пейдж недоуменно посмотрела на него.
– Я… не понимаю.
– Я слышал, у вас утром возникли некоторые проблемы в раздевалке для врачей.
– Ох! – «Так вот, оказывается, в чем дело».
Уоллис посмотрел на нее и улыбнулся.
– Пожалуй, я смогу что-нибудь организовать в этом плане для вас и остальных девушек.
– Мы… – «Мы не девушки», – хотела было возразить Пейдж. – Мы будем вам очень благодарны.
– Кстати, если вы не возражаете переодеваться в раздевалке для медсестер…
– Я не медсестра, – решительно возразила Пейдж. – Я доктор.
– Разумеется, разумеется. Ладно, мы решим эту проблему, доктор.
– Благодарю вас.
Уоллис протянул Пейдж лист бумаги.
– Кстати, это ваш график. У вас сегодня суточное дежурство, которое начинается в шесть часов вечера.
Изумленная, Пейдж уставилась на него. Ее рабочий день начался в половине шестого утра. «И еще суточное дежурство?»
– Ну а фактически получится тридцать шесть часов. С утра вам опять надо будет делать обход.
«Тридцать шесть часов! Интересно, как я это выдержу?!»
Вскоре ей предстояло выяснить это.
Пейдж разыскала Кэт и Хони.
– Мне придется забыть об ужине и кино. У меня впереди тридцать шесть часов дежурства.
