Сан-Франциско весной 1995 года: атмосфера напряжения и острого осознания важности правды. Окружной прокурор Карл Андруз, обретя уверенность в правильности своей версии, оказывается в центре скандала, когда его доверенное лицо, женщина-врач, оказывается втянутой в инкриминируемую ему смерть. Внутренняя битва между нравственным долгом и личным страданием - вот что ждет героев в этом драматическом произведении "Ничто не вечно"....
Я найду другую женщину. И у меня будет другой ребенок. Вот увидишь.
Было что-то неестественное в этом разговоре.
Вечером Пейдж поделилась с Кэт:
– Меня волнует Том Чанг. Ты говорила с ним в последнее время?
– Да.
– Он показался тебе нормальным?
– Ни один мужчина не кажется мне нормальным, – ответила Кэт.
Но Пейдж не могла унять тревогу.
– Давай пригласим его завтра вечером на ужин?
– Я не против.
На следующее утро, когда Пейдж приехала в больницу, ей сообщили страшную новость – санитар обнаружил тело Тома Чанга в подвале, где хранилось оборудование.
Пейдж была на грани истерики.
– Я могла спасти его, – сквозь слезы укоряла она себя. – Все это время он звал на помощь, а я этого не услышала.
– Ты никак не могла помочь ему, – решительно заявила Кэт. – Проблема была не в тебе, и ты не могла решить ее. Он не захотел жить без жены и ребенка. Вот и все.
Пейдж смахнула с глаз слезы.
– Проклятая больница! Если бы не эта изнурительная работа и бесконечные дежурства, его жена никогда бы не ушла от него.
– Но она ушла, – тихо вымолвила Кэт. – Все кончено.
Пейдж никогда раньше не присутствовала на китайских похоронах. Это было незабываемое зрелище. Началось оно рано утром в морге на Грин-стрит в Чайнатауне, где собралась громадная толпа людей.
Под громкие звуки духового оркестра процессия двинулась по улицам Сан-Франциско. Впереди несли огромную фотографию Тома Чанга. Катафалк ехал в конце. Большинство участников похорон шли пешком, а самые пожилые ехали на машинах.
– Куда они идут? – спросила она одного из участников похорон.
– По нашей традиции его последний путь должен проходить по тем местам, которые в жизни имели для него значение, – рестораны, где он ел, магазины, в которых бывал, и прочие места, которые посещал… – с легким поклоном ответил тот.
Свой путь процессия закончила перед окружной больницей «Эмбаркадеро».
Мужчина, к которому Пейдж ранее обратилась с вопросом, повернулся к ней и пояснил:
– А здесь Том Чанг работал.
«Неправда, – подумала она. – Здесь он потерял свое счастье».
Проходя как-то утром по Маркет-стрит, Пейдж увидела Альфреда Тернера. Сердце ее заколотилось. Она не могла вычеркнуть его из памяти. Зажегся зеленый сигнал светофора, и Альфред начал переходить улицу, а когда Пейдж дошла до перекрестка, сигнал светофора снова сменился на красный.
