Так я думала до того момента, пока в мое сознание не пробрались воспоминания вчерашнего разговора в машине.
— Ну точно, дура! Самая настоящая… — Мучительно стону и бью себя ладонью по лбу.
После этих слов всю оставшуюся дорогу мы ехали молча. По приезде каждый ушел в свою комнату, не проронив больше и слова.
Сейчас сомнений нет, кто мог обо мне позаботиться. Капитолина Иосифовна. Только эта золотая женщина относится ко мне искренне хорошо.
После минутного пребывания в полной растерянности все же заставляю себя встать и пойти в душ. Ноги не слушаются, да и руки тоже.
Во время моих ванных процедур у меня успели поваляться на полу: мочалка, бутылка геля для душа, зубная щетка и даже расческа для волос.
Словно они специально падали из моих рук.
На работу сегодня не нужно. Да и завтра тоже. А если честно, то отец устроил мне двадцатидневный отпуск. В честь предстоящей свадьбы и медового месяца.
Узнала я об этом вчера на семейном ужине. Отдохнуть не помешает, тем более мы летим на Мальдивы. Еще один подарок от отца.
Большие сомнения меня грызли, что эта поездка вообще может состояться. А если и состоится, то без Рината. Я даже встречаться с ним боюсь после вчерашнего, со стыда готова сгореть заживо.
Если он говорил правду, то между нами никогда не будет романтических отношений. Не смогу спать рядом с человеком, который убивал и убивает людей. Это просто сверхъестественно и никак не укладывается у меня в голове.
Где-то на подкорке сознания теплится надежда, что это просто какой-то злой розыгрыш. Но нет же — правда.
Как меня угораздило вот так вляпаться? Страшно представить, на что способен этот человек.
Для себя я приняла решение просто взять и не думать об этом. Можно ведь забыть то, что очень хочется?
Просто возьму сейчас и позабуду все.
От таких действий где-то глубоко в душе теплеет.
Натягиваю на себя свежую одежду и спускаюсь на первый этаж. Со стороны столовой вкусно тянет запахом свежей выпечки.
Прикрыв глаза, я с наслаждением втянула исходящий аромат. Потрясающе!
Я сейчас готова съесть собственный язык. Урчание в животе напоминает, что пора поторопиться.
Быстрым шагом преодолеваю оставшееся расстояние и влетаю в комнату. Посередине большого обеденного стола стоит блюдо, полное свежеиспеченных пирогов. Желудок делает кульбит. Я бесцеремонно усаживаюсь на стул и тяну руку к такому соблазнительному золотистому пирожку.
— Доброе утро, Анфиса Руслановна! — доносится голос где-то сзади.
