Автор
Мама, ты выглядишь как королева, — дочь заходит ко мне в комнату. Вместо радости, вздох сожаления вырывается из груди. Отголоски боли все еще дают о себе знать. Встреча со стилистом подчеркнула реальность: этот день стал последним для Агаты.
Прошу, — показывает рукой на салон.
С одной стороны — это безумие ехать с ним. С другой — я хочу его выслушать. Что-то мне подсказывает, что это далеко не случайный человек. И он точно не убивать или похищать меня приехал. Просто разговор, который возможно прояснит для меня многое.
— Хорошо, — сажусь на переднее сиденье.
— Я в вас не сомневался, — он быстро запрыгивает на место водителя и выруливает со двора. — Куда едем?
Называю адрес Ярослава. Знаю точно, дети сейчас с ним. Я исчезла, а он все взял под контроль.
— К Ярославу, — кидает на меня быстрый взгляд.
— Вы и его знаете?
— Еще бы мне его не знать, — он продолжает улыбаться, но рука на руке дергается. — Позвольте представиться, Стивен Маерс, а для вас просто Степан.
— Степан, — повторяю его имя.
Обычное имя, но оно что-то неприятно в груди царапает. Снова не могу ухватить нить.
— К вашим услугам.
— Стивен-Степан? Вы в Калифорнии обитаете? — продолжаю его разглядывать, пытаюсь понять, кто он такой.
— Судьба закинула.
"— Так я вас слушаю. Откуда вы меня знаете? О чем желали поговорить?
— От отца вашего наслышан, о его прекрасной дочери, — снова взгляд на меня. На лице милейшее выражение, а глаза колючие.
— Возможно, и мать мою знали? — спрашиваю в лоб. Надоело его хождение вокруг да около.
Губы в тонкую линию превращаются. Лицо каменеет, только лопоухие уши странно дергаются. Он молчит с минуту.
— Как же не знать Катерину, жену Андрея. Мы давние знакомые, — голос без эмоций, холодный, пустой.
— А я думаю, с Катериной вас связывало нечто большее, — продолжаю напирать.
Я могу ошибаться. Но, что-то мне подсказывает, я бью в точку.
— Это лишь ваши мысли, Виктория, — подмигивает. — При всем моем уважении.
— Вы же не можете знать, что мне известно? Есть люди, которые вас помнят, — от моих слов его руки на руле двигаются быстрее.
— Да, ну?
— Я видела мать перед смертью. И она была в здравом рассудке. Врачи смогли ей помочь.
— Мне так жаль, что с ней произошло, — притворно вздыхает, увиливает от прямого ответа. — Такая красивая женщина была.
— Да, кто-то очень постарался уничтожить ее жизнь, — смотрю на его холеное лицо. И понимаю, всеми фибрами души. Он это. Именно он тогда приходил в больницу и платил, чтобы мать с ума свели препаратами. — И я знаю, кто это.
