Автор
Мама, ты выглядишь как королева, — дочь заходит ко мне в комнату. Вместо радости, вздох сожаления вырывается из груди. Отголоски боли все еще дают о себе знать. Встреча со стилистом подчеркнула реальность: этот день стал последним для Агаты.
От его слов, горло сдавливает, а щеки нестерпимо горят.
Ухожу в ванную комнату, ничего не отвечаю.
Я так долго не выдержу! Надо что-то придумать!"
"По всей видимости, Денис вознамерился появляться в моем доме часто. А я не представляю, как смогу переносить его близость? Как там люди в разводе делят совместную опеку? Как они выдерживают?
Если я после недолгого общения, совместных воспоминаний, его нескольких слов, уже схожу с ума. Мечтаю о большем, думаю, а если вдруг…
А сама загоняю себя в ловушку ложными надеждами.
Хлопоты с сыном не помогают отвлечься. Мой малыш сонный и очень спокойный, ласковый. Укладываю его в кроватку. Светлана крутится рядом, но старается не попадать в поле моего зрения. Сижу около сына, слушаю его мерное посапывание и не решаюсь даже пошевелиться.
Страх, неизвестность, растерянность. Некое предчувствие, которое омрачает все.
Через минут тридцать, все же отхожу от кроватки. Заставляю себя спуститься на кухню.
— А где Агата? — замечаю, что дочери нет, Денис сидит и пьет чай с печеньем.
— Ей подруга позвонила, она извинилась, вышла, — оглядывает меня с ног до головы бесовским взглядом.
— Ясно, — переступаю с ноги на ногу.
Вот зачем я спустилась?
— Спасибо, что не препятствуешь моему общению с дочерью.
— Я не имею права этого делать. А вот с тобой общение нам лучше ограничить, — опираюсь о стену.
— Наоборот, Вик, нам надо видится как можно чаще, — порочно облизывает свои соблазнительные губы.
— Денис, не забывай, у тебя еще одна дочь имеется.
— И не собираюсь на нее смотреть. Пусть ее родной отец этим занимается, — морщится, будто само воспоминание об Ольге ему омерзительно.
— Упертый. На своем стоишь, — горько усмехаюсь.
Резко вскакивает и за долю секунды около меня оказывается.
— Очень скоро, Вик, — берет меня за подбородок двумя пальцами, сдавливает сильно, рычит. — Я ткну тебя твоим красивым носиком в правду. И буду тыкать долго-долго как нашкодившего щенка. Пока ты не уяснишь, что к той девочке я не имею никакого отношения.
— Отпусти меня! — пробую вырваться. — Я тест сделала!
— Плохой тест, — проводит языком по моим губам. — А ведь еще извиняться будешь, Вик, — второй рукой блуждает по моему телу. Бесстыдно прикасается там, где кроме него никого и никогда не было. — Еще как будешь, страстно, долго, отчаянно, — стонет мне в губы. — Дождаться этого не могу… ммм… это будет незабываемо.
— Сумасшедший, — дрожу в его руках.
