Автор
Никому не скажем — это дрожащая от предательства история о китайском чиновнике, который стал свидетелем страшного подлога на похоронах. Его мир рушится, когда он осознает, что любовь и верность уходят в прошлое даже тогда, когда кажется, что все уже потеряно. Атмосфера напряженной предвкушаемой неприятностью усиливается от переполняющей его ярости и горечи....
Похоже, «Никому не скажем» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— А почему же еще он проворовался? Я вижу только одну причину. Твои непомерные аппетиты. Ну, скажи, Евангелина… Чего тебе не хватало? Цацок? Дизайнерских шмоток? Машин… путешествий?! Чего тебе, мать его, не хватало?!
Сглатываю собравшийся в горле ком. Мои обида и боль такие сильные, что это становится невыносимо. Кит всегда был ко мне несправедлив. Но сейчас вообще перешел все границы."
"— Ты можешь думать все, что угодно. — Отворачиваюсь, сжимая в кулаки дрожащие руки. У меня больше нет сил, и если он не уйдет, я… Дверь хлопает, и я сгибаюсь пополам, с жадностью, с хрипом вдыхаю воздух.
Опираюсь на руку и поднимаюсь. Убеждаю себя, что сейчас мне нужно быть сильной, как никогда.
— Мам? Тебе нехорошо, мама?! — в голосе Женьки звучит паника. Я стряхиваю ладонями слёзы с щек (оказывается, я плакала!) и осторожно раскрываю объятия для сына. Знаю, что в последнее время ему не по душе эти нежности, но мне очень надо.
— Все нормально, Жень, — шепчу в его темные волосы. — Я просто немного…
— Скучаешь по папе?
— Да, — выдыхаю я и не вру. Я действительно очень, очень скучаю. Рядом с Сашей я чувствовала себя такой защищенной… Может быть, я и не любила его так, как он того заслуживал, но старалась сделать его счастливым. А он делал счастливой меня…
— Я тоже по нему скучаю.
— Я знаю, сынок. Я знаю…
Стоим некоторое время вот так. Посреди кухни. В которой еще каких-то два дня назад рядом с нами был он, и покачиваемся из стороны в сторону. Только сейчас до меня доходит необратимость того, что случилось. Только сейчас я по-настоящему понимаю, что никогда больше не увижу его, не приду за советом, не засмеюсь в ответ на редкую скупую шутку, и меня… накрывает. Знаю, что нужно держаться, но не могу. Мое тело сотрясают рыдания.
Некоторое время спустя, когда я, чуть отдышавшись, берусь за приготовление ужина, у меня звонит телефон.
— Добрый вечер, Михаил Иванович, — приветствую лучшего друга и наставника мужа, с которым мы расстались всего несколькими часами ранее.
— Если бы так…
У меня пересыхает во рту. Я сжимаю трубку чуть крепче.
