Автор
Он давно пережил одержимость ею, похоронив чувства глубоко внутри. Но встреча спустя годы меняет всё. Теперь она — вдова его отца, а он снова не может думать ни о чём другом. Страсть и запретность переплетаются в опасную игру, где ставка — его честь и семья.
Раздел Chitat.online для книги «Никому не скажем» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Он давно пережил одержимость ею, похоронив чувства глубоко внутри. Но встреча спустя годы меняет всё. Теперь она — вдова его отца, а он снова не может думать ни о чём другом. Страсть и запретность переплетаются в опасную игру, где ставка — его честь и семья.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Он давно пережил одержимость ею, похоронив чувства глубоко внутри. Но встреча спустя годы меняет всё. Теперь она — вдова его отца, а он снова не может думать ни о чём другом. Страсть и запретность переплетаются в опасную игру, где ставка — его честь и семья.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Никому не скажем» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Из всех моих умозаключений вытекает один резонный вопрос:
— А твои родители что? Совсем тебе не помогают?
— Отца я никогда не знала. Думала, это очевидно, — криво улыбается Ева, взмахом руки очерчивая круг у собственного лица, — А мать… В общем, ей не до меня. Я живу с бабушкой.
Ева поднимает с пола свой рюкзачок, который сбросила в начале вечера, и я понимаю, что если ничего не предприму прямо сейчас, она просто уйдет.
— Я тоже сирота. Наполовину, — бросаю, будто между делом, осторожно прощупывая почву, и попадаю точно в цель.
Вообще я ни с кем не делюсь своими переживаниями, но знаю, что женщины страсть как любят слезливые истории. А эта должна подействовать безотказно. Времени у меня нет, и я давлю на то, что даст результат со стопроцентной гарантией. Делает ли это меня мудаком? Не знаю. Никто не говорил, что я буду играть по-честному.
— Правда?
Облизав пересохшие губы, Ева вновь опускает потрепанный рюкзак на пол, но все еще отпускает из рук ручку.
Пожимаю плечами и судорожно обдумываю ответ. Да, она захватила наживку, но может сорваться с крючка в любой момент. Мне нужно быть осторожным.
— А что, такое положение вещей не вписывается в твое обо мне представление? Так и кто из нас навешивает ярлыки?
— Прости, — лепечет Ева. И я понимаю, что все. Попалась… Меня охватывает сумасшедший азарт. Она динамила меня всю неделю, и сейчас, когда мне удалось пробить брешь в ее обороне, я испытываю непередаваемые чувства.
— Проехали. Это в прошлом.
— Вряд ли. Мы просто учимся с этим жить. Но оно всегда с нами…
— Чувство ненужности, — сам не зная, зачем выпаливаю я. Это выходит за рамки плана. И слишком близко приближает к той правде, что составляет мою действительность.
— Ущербности… — добавляет она шепотом.
— Одиночества…
— Изоляции…
Ева, наконец, отбрасывает свою сумку и подходит ко мне. В ее глазах — космос, наши нервы оголены. Не знаю, в какой момент все идет псу под хвост. В какой, мать его момент, а? Сглатываю. В носу щиплет. Я стискиваю зубы и смотрю… смотрю. Просто не могу отвести взгляд и тону в этом дерьме все сильней. Она первая берет меня за руку.
Переплетает пальцы. А я, наверное, выгляжу несколько дико, не знаю. Определенно происходящее выбивает меня из колеи. На коже выступают мурашки, волосы приподнимаются. Делаю вдох… дышу ей. У неё очень красивые глаза.
Карие, с темными неровными точками ближе к зрачку и растекающимся по радужке медом. Я тону в этой патоке.
Меня затягивает и, кажется, в какой-то момент я, проникнув в этот таинственный космос, вижу ее душу. Моргаю, сбрасывая наваждение, и, облизав губы, хриплю:
— Хочешь выпить?
— Я не пью. Не хочу испытывать судьбу. У меня плохая наследственность.
Разжимаю руки, отпуская ее, бреду к бару.
