Автор
Он давно пережил одержимость ею, похоронив чувства глубоко внутри. Но встреча спустя годы меняет всё. Теперь она — вдова его отца, а он снова не может думать ни о чём другом. Страсть и запретность переплетаются в опасную игру, где ставка — его честь и семья.
Раздел Chitat.online для книги «Никому не скажем» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Он давно пережил одержимость ею, похоронив чувства глубоко внутри. Но встреча спустя годы меняет всё. Теперь она — вдова его отца, а он снова не может думать ни о чём другом. Страсть и запретность переплетаются в опасную игру, где ставка — его честь и семья.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Он давно пережил одержимость ею, похоронив чувства глубоко внутри. Но встреча спустя годы меняет всё. Теперь она — вдова его отца, а он снова не может думать ни о чём другом. Страсть и запретность переплетаются в опасную игру, где ставка — его честь и семья.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Никому не скажем» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А настроение такое, что я едва заставила себя почистить зубы, что уж говорить об остальном?
Скини, удобные ботинки на низкой подошве и тонкий свитер едва ли не до колен, который теперь, к тому же, скрыт белым стерильным халатом. В цехе у меня, как в операционной. В этом отношении я довольно бескомпромиссна. Ах, да… На мне еще и бахилы. Словом, красотка! Распрямляю плечи и заставляю себя посмотреть на Кита прямо.
— Неприятности? — вздергивает бровь тот, полностью проигнорировав мой вопрос. Интересно, как много он услышал из моего разговора с Юлей? Веду плечами. Сдергиваю со второй руки перчатку и отступаю — из цеха выходят люди.
— У меня? Нет. Все в порядке.
— А мне послышалось, будто тебе нужны деньги.
— Ключевое здесь, видимо, слово «послышалось».
Обхожу Кита по дуге и бреду через склад к офису. У меня здесь все довольно миленько, но, конечно, не так шикарно, как в офисе у него самого.
— Так зачем ты меня нашел?
— Есть разговор.
— Валяй.
На столе у меня стоит блюдце с пирожными. Неожиданно. И, кажется, я знаю, что это… Фисташковый бисквит, желе из ежевики, фиалковый мусс… Кит молчит, а у меня полно дел, так что… Откусываю кусочек.
— М-м-м…
Божественно вкусно. Просто божественно! Сую остатки десерта в рот, слизываю с губ крем, а второй рукой хватаюсь за телефон:
— Почему ты мне не сказал, как это охренительно вкусно?
На том конце провода смеется Самир. Да, идея этого рецепта пришла в мою голову, но я так и не нашла времени, чтобы воплотить ее в жизнь.
— Мне тоже понравилось.
— Нужно обязательно включить эти пирожные в наше меню.
Поворачиваю голову и наталкиваюсь на изучающий взгляд Кита.
— Какой я молодец, правда?
— Ты лучший, бэйба. Но немного скромности тебе не повредит.
— Черт! Меня зовут. У Кати опять проблемы с султаном. Безе тянется за насадкой и не получается дырочки…
— Проверь плотность массы. Скорее всего, недовзбили. Жидко…
— Угу. Умчал.
Только откладываю трубку, а телефон опять светится. Устаю ли я от этого? Порою очень. Присутствие Кита нервирует меня все сильнее, но я не собираюсь начинать разговор. Это он пришел ко мне. Хочет молчать? Что ж… Я всегда найду, чем заняться.
— Ты знаешь, что он покончил с собой?
Рука, потянувшаяся, было, за ежедневником, застывает в воздухе. Горло сковывает болезненный спазм. Мой жалкий хрип тонет в доносящемся из цеха шуме: звуках работающего промышленного миксера и смехе девчонок-кондитеров.
В нашей фирме царит дружеская атмосфера. Мы — большая дружная семья. Так почему же я чувствую себя такой одинокой?
— Да, я… слышала такую версию.
— От кого?
— От Михаила Ивановича, из новостей… Отовсюду.
— Ты веришь в это?
— Какая разница?
— Я хочу знать, что на самом деле случилось! Мне… это важно.
