Автор
Я не любил ее, я ею болел. Тяжело и неизлечимо. Думал, исцелился. Похоронил любовь к этой стерве, которая однажды выбрала не меня… Но стоило увидеть ее годы спустя, и чувства вернулись ко мне с новой силой. Теперь она — вдова моего отца. А я… я не знаю, чего хочу больше — сделать ее, наконец, своей или наказать за предательство....
Похоже, «Никому не скажем» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Быстро шагаю по лужам и, наконец, замечаю невысокую фигуру Евы.
— Ну, куда ты убежала, а?
— Да никуда. Не хотела, чтобы нас Бестужев видел. Слушай, Никит, тут мне Лика позвонила… Попросила выйти вместо заболевшего официанта…
— Что, прямо сейчас? Мы же планировали провести вечер вместе!
— Я не могу ее подвести, понимаешь? Она столько раз меня выручала…
Стискиваю зубы. Нет, я, конечно, все понимаю, но… Нет! Какого хрена? Я этого дня всю неделю ждал.
— А меня? Нас? Нас ты подвести можешь?
— Ой, вот за мной уже приехали! Так я пойду?
Что я могу сказать? Перевожу взгляд на фургон с логотипом кейтерингового агентства, в котором она работает.
Пожимаю плечами. Ну, не держать же ее насильно. Но как же бесит! Ева машет мне рукой и запрыгивает в машину. А я остаюсь, как дурак, один. Видит бог, я не так хотел провести последние полгода, перед Сандхестом. Да и наши отношения я представлял как-то иначе! Черт…
Ну и холод! Передергиваю плечами, оборачиваюсь к зданию кинотеатра и, недолго думая, возвращаюсь. Девчонки визжат при моем появлении, Ник довольно кивает.
Домой той ночью я заявляюсь поздно и немного навеселе. Льющийся из гостиной свет говорит о том, что меня ждут.
Дерьмо. Не то, чтобы мне категорически запрещалось пить или гулять до утра, но раньше я этим никогда не злоупотреблял и теперь чувствую себя немного неловко.
— Привет, па Я уже дома.
Отец отводит взгляд от огня и кивает мне, разглядывая с нескрываемым интересом.
— Где был? Я думал, ты собирался встретиться с Евой.
— Да. Мы ходили в кино, но потом ее вызвали на работу, а я встретил ребят из универа, и мы пошли в клуб, — прохожу в комнату и сажусь на подлокотник соседнего кресла. Ноги гудят.
— А… Так вот, почему она не могла до тебя дозвониться.
— Что? — лезу в карман, достаю трубу и тупо пялюсь на три пропущенных. — Вот же, черт! Времени — пятый час.
Ну, не перезванивать же! Или…
— Не вздумай. Поздно уже.
