Автор
Обычная студентка случайно узнает страшную тайну загадочного и опасного Тимура Горина. Теперь она втянута в его мир тьмы и секретов, где каждый день может стать последним. Ей придется выбирать между собственной безопасностью и чувствами к человеку, который хранит смертельную опасность.
— Ты что, пила там?! Пьяная упала?! — мамин ор звенит у меня в голове.
Хочется закрыть глаза. Но я стою как оловянный солдатик на пороге, сильнее укутываясь в худи Тима. Мама подрывается ко мне, принимаясь сразу же вдыхать воздух вокруг.
— Да не пила я, мам! Просто зацепился каблук за ступеньку, — я намеренно шумно выдыхаю ей в лицо весь кислород, что есть в моих лёгких.
С подозрением она втягивает его носом. Да и смотрит на меня так же.
— Почему трубку не брала?
— В зал не разрешили проносить телефоны. Мы все оставили их в кабинете у нашего куратора. А потом, когда я упала, пришлось посетить медкабинет. Телефон остался там же, в кабинете, — говорю, не отводя взгляда.
Правда, манжеты худи скоро затрещат оттого, как я натягиваю их на пальцы. А ещё стараюсь даже случайно не посмотреть себе на правую ногу, по которой ползёт стрелка на колготках. Маме хватает и того, что она видит перед глазами. И гляделки с ней превращаются в своеобразный пинг-понг из вопросов и ответов.
— Пальто где?
— Я не успела забрать его из гардероба. У медсестры была. Когда вернулась, он был уже закрыт. Я заберу пальто, как только буду в академии.
— А это чья кофта?
— Одолжил одногруппник, чтобы я не в одном платье ехала домой. — И, предугадывая реакцию мамы, сразу уточняю, выставив вперёд ладони: — Он просто одногруппник. Не друг. Не парень.
Она замолкает. Даже перестаёт обнюхивать и всматриваться в мои глаза — уверена, мама пыталась что-то вычислить по моим зрачкам. И под её молчание я позволяю себе сдвинуться с места. Снимаю туфли и ставлю их на обувную полку. А заодно поправляю подол платья, чтобы скрыть вылезающую из-под его края стрелку.
— Мне не нравится, как ты себя ведёшь, — чеканит мама. — Я уже жалею, что мы переехали сюда. Училась бы в техникуме. Нет же, захотелось тебе в большой город. Теперь одни проблемы.
— Нет никаких проблем, мам, — заверяю натянуто, обернувшись к ней.
Но по её глазам вижу: она мне не верит. И всё моё напускное спокойствие медленно рассеивается. А что говорить ещё, как оправдываться, я не знаю, поэтому решаюсь спросить:
— Я могу переодеться и искупаться?"
"Мама поджимает губы. Смеряет меня взглядом, будто бы хочет в душу мне залезть. Но уже через пару секунд, развернувшись на пятках, уходит на кухню. Молча. Я, не моргая и не двигаясь, смотрю ей в спину. Даже не верится, что на этом наш разговор закончился, но пользуюсь возможностью скрыться из виду.
Едва закрыв в ванной дверь, я на полную включаю кран с водой.
