В темноте старого футбольного поля раздается только слышимый за пределами человеческого уха шепот: "Можно мне мой мяч?". Мячик блестит в холодном свете. Ухмылка мальчишки синеет от крови, и его глаза светятся красным. Вместе они создают неловкий баланс между игрой и неизбежной трагикомией....
Он придал контраста месту убийства, зловещей тревожности, пробудил безнадежность. Он стал предвестником перемен. Так природа умирает, чтобы снова воскреснуть весной. Так и человек висящий вниз головой на дубе умер, но не чтобы воскреснуть самому, а чтобы воскресить древнего демона…
— Марк, очнись! — позвал друга Калинин.
Голицын вынырнул из мира грез и посмотрел на Кирилла, чье лицо было слишком бледным в свете прожекторов, которыми они осветили ночной лес.
— Что? — вскинул брови Марк.
Кирилл приблизился к нему вплотную и, нервно оглянувшись, прошептал:
— Гасанович говорит, мужчина умер не больше часа назад.
— В смысле? — опешил Марк.
— Вот так вот, — выдохнул Кирилл облачко пара. — Ничего не понимаю… Горелову мы взяли уже три часа как. Горелов в Солянке… Павел не мог тебе соврать?
— Даже если и соврал, ты же не хочешь сказать, что это он? — возмущенно ответил Марк.
— А кто?! — чуть громче, чем следовало, воскликнул Кирилл.
— Павел — пятерка. Он живет в Сиэтле! Ему по корпоративным квартирам прыгать дольше, чем на самолете лететь.
— Ты прав, не мог он прыгать туда-сюда так много. Но кто?
Кирилл присел на корточки, стянул перчатки и начал растирать замерзшие пальцы. Мыслей не было. Все это было так странно. А главное, они ведь поймали Марину. Он не сомневался, что она была причастна к этим убийствам.
Марк тем временем вытащил из кармана смартфон и набрал номер Павла Горелова. Через несколько секунд, он услышал в трубке удивленный голос мужчины:
— Алло?
— Павел, это Марк Голицын.
— Вы… Вы ее арестовали?
— Да, однако, пока она была у нас, некто совершил еще одно преступление. Вспоминай детали того дня. Кроме твоих родителей в доме никого не было?
— Нет… Да нет, точно в доме не было… Хотя…
— Что хотя?! Чтоб тебя! Говори! — не выдержал Марк и тут же пожалел о своей вспышке — Горелов отключился. — Сука! Ну что мне опять в Сиэтл прыгать?
— Успокойся, — попросил Кирилл, поднявшись и снова натянув перчатки.
Сказал и исчез. Марк кивнул коллегам и прыгнул следом. Кирилла он нашел в переговорной. Тут же были Ворон с Богдановым. Они поведали, что Константинов еще не вернулся из Еленовки.
Налив себе кофе, мужчины устроились за столом. Все молчали, думая каждый о своем. Тишину прервал сигнал сообщения на телефоне у Марка.
