В темноте старого футбольного поля раздается только слышимый за пределами человеческого уха шепот: "Можно мне мой мяч?". Мячик блестит в холодном свете. Ухмылка мальчишки синеет от крови, и его глаза светятся красным. Вместе они создают неловкий баланс между игрой и неизбежной трагикомией....
Я разговаривал с местным медиком, и он поведал, что по всем тестам Горелов поехал кукухой. Я его завтра вызвал на допрос под протокол, может еще чего интересного узнаю. Вообще хотелось бы послушать Демона. Что там библиотечные крыски говорят? А так... это девяносто процентов не он. Во время первого убийства Аркаша еще куковал в Солянке.
— Не называй моих коллег крысами, это во-первых, — строго отчитал друга Марк. — Во-вторых, с Гореловым не все так просто. В общем, они говорят, что дружбы между ними особой не было, но между всеми всегда были вполне хорошие, приятельские отношения.
— А с этой женщиной удалось поговорить? — уточнил Шилов, оторвавшись от ежедневника, в который скрупулёзно записывал все, что говорили коллеги-акудзины.
— Удалось поговорить со всеми, — кивнул Марк. — Несмотря на совместную работу с Томан, он общался с ней не больше, чем с остальными. При составлении каталога не обязательно сидеть в одном кабинете.
— Кто? — хором переспросили коллеги.
— Пьер де Монморанси. Обрусевший француз, который приехал по обмену лет пятнадцать назад да так и остался. Неприятный тип, но это мое личное мнение. Хотя... меня смутило, что из всех сотрудников именно Монморанси больше всех поливал Горелова грязью. Слишком уж сильно возмущался.
— А остальные? — спросил Кирилл.
— Для них это своего рода пятно на репутации.
— Ты сказал, что с Гореловым не все так просто, — пристально посмотрел на него Кирилл.
— Все-то ты замечаешь, Ищейка, — по-доброму усмехнулся Марк. — Горелов увлекался теориями нашего сотворения. Я раздобыл списочек литературы, которую он брал по этому вопросу, и в этом списке есть кое-что интересное.
Марк обвел всех взглядом и, увидев заинтересованные лица, понял, что дядюшка сегодня останется без двух учеников.
Глава 8
Марк выудил из внутреннего кармана куртки помятый лист с распечаткой, который ему любезно предоставил Таланов, и смущенно разгладил его на столе.
— М-да. Я надеюсь, вы с Жанночкой не на нем скакали, — протянул Иван, делая донельзя печальную мину, будто жалел несчастный листок.
— Сейчас огребешь, — строго посмотрел на него Марк, и Кирилл поддержал его укоризненным взглядом в сторону Ворона.
