Автор
Когда в доме появляется новая сводная сестра, юноша объявляет ей войну. Он унижает, издевается, пытается сломить её волю. Но девушка оказывается сильнее. Между ненавистью и уважением тонкая грань, и герой вот-вот её переступит, меняясь навсегда.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Никто об этом не узнает (СИ)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Когда в доме появляется новая сводная сестра, юноша объявляет ей войну. Он унижает, издевается, пытается сломить её волю. Но девушка оказывается сильнее. Между ненавистью и уважением тонкая грань, и герой вот-вот её переступит, меняясь навсегда.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Когда в доме появляется новая сводная сестра, юноша объявляет ей войну. Он унижает, издевается, пытается сломить её волю. Но девушка оказывается сильнее. Между ненавистью и уважением тонкая грань, и герой вот-вот её переступит, меняясь навсегда.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Глава 15
Что-то в отношении Максима к ней определённо изменилось.
Это Алёна чувствовала безотчётно, вот только не могла сказать наверняка — что именно.
Однако до умопомрачения хотелось верить, что она ему нравится.
Ведь он иногда смотрел так, что сердце сжималось и в душе всё переворачивалось. И просил её не встречаться с Ренатом. Даже «пожалуйста» выдавил, что совсем-совсем на него не похоже.
Может, и правда ревновал? Может, Нина была всё-таки права с этим её «заведи другого»?
Ведь стоило начать общаться с другим, и он — как там она выразилась? — снова воспылал? Очень хотелось в это поверить. И очень страшно было в это верить. Один раз она уже обожглась, и совсем не хотелось снова напороться на те же грабли.
Только вот если это его «пожалуйста» вдруг тронуло, задело что-то внутри… то затем «ты ему не пара» вернуло на землю. Точно прохладным душем окатило.
Это и раньше уязвляло, а теперь било наповал. Что бы она ни делала, как бы ни старалась чему-то научиться — для них и, главное, для него она навсегда останется тёмной деревенщиной, колхозницей, пропахшей навозом, и это ещё самое мягкое из всего, что он и его друзья ей говорили.
И вроде бы ей дела нет до этого другого мира, мира светских страстей — он ей чужд. Она туда и не рвётся, даже наоборот — простые тёплые отношения и незамысловатые человеческие радости куда желаннее. Но до сих пор, вопреки всему — обстоятельствам, наказам папы, собственным убеждениям — ей хотелось быть ближе к нему, к Максиму. А он с этим миром связан, он — его часть, увы…
Именно поэтому она попросила Лилию Генриховну учить её не только правильному произношению, но и преподать пару уроков светского этикета. И та с явным удовольствием взялась лепить из неё леди.
А с каким усердием Алёна занималась английским! Учила в два раза больше, чем задавали. А всё потому, что услышала на уроке, как Максим бегло говорит на языке, точно на родном. Ни слова из его речи не поняла, но впечатлилась чрезвычайно.
По той же причине она брала приступом и остальные дисциплины, где он блеснул. А блеснул он, увы, почти везде, ну разве что кроме физики и химии.
Это её тоже изумляло — как так можно, не учась, учиться на «отлично»?
Иногда она сама себя стыдилась. Ведь унизительно это — так тянуться к человеку, что аж подражать ему и пытаться соответствовать… Но тут же убеждала себя, что это и ей полезно, а мотивы не так уж важны.
Хотя, конечно, важны. Что скрывать — хотелось если не быть ему ровней, то хотя бы сократить… нет, хотелось быть с ним именно на равных.
И казалось, есть сдвиг и значительный: Лилия Генриховна её хвалила. И все эти застольные церемонии больше не страшили — какими приборами пользоваться и как вообще вести себя, она усвоила.
