Автор
Вечер уже погружался в сумрак, как и осенний вечер. Небо скрывалось за тучами, оставляя лишь миги света от фонарей, мерцавших на каждом шагу. В такую пасмурную ночь все казалось подернутым легкой грустью, и казалось неважно, что уже начало девять вечера. Только белые шары на высоких опорах всё ещё ярко сверкали в непроглядной темноте....
Она даже рисовала его! Но устыдившись, спрятала скетчбук подальше.
Если бы он не был её братом, она бы, наверное, грезила о нём. Хотя влюбиться в такого — это беда. Это катастрофа. Ясно сразу.
В любом случае, его ненависть ранила больнее, чем презрение Жанны Валерьевны и неприязнь Артёма. Почему-то очень сильно, прямо до боли не хотелось, чтобы он так к ней относился. Хотя, понимала сама, иначе и быть не могло. И на то есть тысячи причин. Начиная с того, что папа изменил его матери с её матерью, и теперь Алёна — живое тому напоминание.
Ну, нет. Страшилищем она всё же не была. В детдоме, например, за ней ухлёстывал Чусов и утверждал, что в жизни не видал таких, как она. Но… рядом с Максимом она почему-то чувствовала себя совсем невзрачной."
"А ещё, несмотря на его злость, грубость и ершистый нрав, она не ощущала в нём настоящей, продуманной жестокости, от которой истинный циник получает садистское удовольствие.
Однако лучше не думать о нём, говорила она себе. Хотя не так-то легко это давалось. Даже совсем нелегко. Мысли лезли сами собой. Поэтому надо как-то отвлечься, решила она.
Старуха-дикторша спрашивала её, какие книги Алёна читала и читает. Вот где стыд-то!
Вообще, она читала, конечно, в прошлом году кое-что из программы.
А вот Лилия Генриховна разразилась такой уничижительной речью, что Алёна готова была сползти под стол. В общем, старуха велела ей читать. Много и постоянно. А ещё слушать аудиокниги. А лучше всего — одновременно читать и слушать. Накидала ей длиннющий перечень книг, обязательных к прочтению. «Буду, — сказала, — спрашивать».
Алёна достала из сумки список «маст-рид» и отправилась в отцовскую библиотеку.
Начать Алёна решила с Цвейга, благо папина библиотека оказалась на редкость богатой.
И неожиданно увлеклась. Нет, увлеклась совсем не то слово. Никогда прежде книга не действовала на неё так, что внутри всё болело, что от эмоций в груди камнем стоял ком. Глотая новеллу за новеллой, она совершенно потеряла счёт времени.
А потом пришёл он. Максим. Она с утра, с самого завтрака его не видела. Думать-то о нём она думала, но встречаться боялась. Особенно наедине.
