Автор
Когда в доме появляется новая сводная сестра, юноша объявляет ей войну. Он унижает, издевается, пытается сломить её волю. Но девушка оказывается сильнее. Между ненавистью и уважением тонкая грань, и герой вот-вот её переступит, меняясь навсегда.
Ну хочешь — ввали мне тоже за этот косяк. Но я не просил его лезть. Я вообще думал, что мы с тобой просто перетрём ту темку и всё. Я сам не понял, как всё так вышло. Батя хочет твоему отцу теперь…
— Вот только не надо отца сюда приплетать! — приостановился Максим. — Пусть даже не думает к нему соваться.
— Ладно, ладно. Я скажу… Только прости, а? Ну, хочешь…
— Да отвали ты от меня, — уже спокойнее отмахнулся от него Макс, заходя в аудиторию.
Класс встретил их дружным гиканьем.
— О! Раненые!
— Это вы друг с другом так?
— А, нет! Нику-то нос свернула деревенщина. А тебе, Макс, неужто руку сломала тоже она?
— Дебилы, — хмыкнул Максим, усаживаясь рядом с Кристиной.
— Максик, правда, что у тебя с рукой? — заворковала она.
— Поскользнулся, упал, очнулся — гипс.
— Да ладно гнать, Макс, — засмеялся Кирилл Ладейщиков. — Поди выгнал нас в пятницу и тоже решил потискать доярочку?
— Она его сестра, извращенец, — с укором заметила Кристина.
— А между прочим, никакая она ему не сестра, — вдруг подал голос Шилов. Сидел он полубоком, лицом к Максу, и смотрел с ухмылкой, с прищуром, так, будто знает о нём некую тёмную тайну. — И она, кстати, реально дочка губернатора. А вот Макс-то, оказывается, нифига… Макс-то у нас всего лишь ублюдок, которого мамаша нагуляла хрен знает от кого.
В классе тотчас воцарилась тишина. Все оглянулись на Максима, а тот от потрясения и слова-то вымолвить не мог.
— Эй, Шило, ты чего там куришь? — крикнул ему со своей парты Ренат.
— Макс, скажи ещё, что я вру? — Шилов пропустил мимо ушей комментарий Рената.
— Не, ну ты точно обдолбался. Кто тебе такую чушь сказал? — не унимался Ренат.
— Птичка на хвосте принесла, — хихикнул Стас, взглянув на Макса многозначительно. — Так что, ашки, Явницкий ваш у-блю-док. Именно так ведь тебя отчим называет, а? Ты ему: «Отец», а он тебе: «Ублюдок».
Нагуляла, ублюдок, птичка… всё это сплелось в тугой ком, вставший колом в груди. Пульс тревожным набатом стучал в ушах. Боль и гнев затопили разум так, что в глазах потемнело.
Максим кинулся на Шилова, в последний момент заметив, как самодовольное лицо его исказил страх. Стас увернулся, и удар кулаком пришёлся в ухо. Шилов покачнулся и рухнул со стула в проход, но тотчас вскочил и бросился на Максима. Но тут уже подоспел Мансуров и встал между ними.
— Уйди, Ренат. Я эту суку сейчас ушатаю! — рвался Максим.
— Кого ты ушатаешь со сломанной рукой? — пытался его урезонить Ренат.
— Да похер!
— Мансуров, свали, — с другой стороны орал Шилов.
