Олег Песцов стремится к власти, но его потомок неожиданно становится ханом. Возникает конфликт вокруг статуса и наследства, когда Песец пытается разобраться в происходящем с потомством. Интрига обостряется, пока разворачиваются события в мире магии.
— Или то и другое, — как бы про себя добавил капитан, делая пометки в блокноте. — Вы случайно не связывались с поместьем, она туда не приезжала?
— Звонили, буквально полчаса назад. На тот момент она в поместье не появилась.
— А ваш супруг, он в курсе ситуации?
— К сожалению, нет. Он сейчас в Диком поле, а там связь отсутствует. Совсем.
Вера толкнула Машу ногой под столом, показала глазами на перстень. Та на секунду прикрыла глаза, показывая, что приняла сообщение. Этот обмен не ускользнул от проницательного взгляда капитана.
— У вас есть какой-то особый канал связи с господином Песцовым?
— Да, имеется, — принужденно улыбнулась Маша, — но в силу его, скажем так, особенностей, мы пользуемся им крайней редко. Большего я вам сказать не могу, поскольку эта информация относится к числу клановых секретов. Мы немедленно поставим его в известность, но даже в этом случае он вернется лишь через двое суток.
Дромадеров какое-то время морщил лоб, переваривая информацию, а потом задал очередной вопрос:
— Скажите, сударыни, у вас нет секретного кланового способа определить местоположение вашей подруги… хотя бы приблизительно.
— К сожалению, нет. Если сам человек не знает, где находится, то и сообщить об этом не сможет. Но мы проверим еще раз. Если вам будет возможно позвонить или передать информацию любым другим способом, мы незамедлительно поставим вас в известность, едва только узнаем что-то новое.
Капитан допил чай, с сожалением взглянул на полупустую бутылку бренди, потом собрался с силами, поднялся из-за стола и коротко поклонился хозяйкам:
— Думаю, нам пора. Если что-то узнаете, сразу же звоните безо всяких стеснений, в любое время дня и ночи. Вот моя визитка.
Он положил на стол кусочек картона. Позвал:
В ответ нечленораздельно прозвучало:
Капитан повернулся и лишь невероятным усилием удержался от большого боцманского загиба. Курочкин сидел на стуле, с трудом удерживая голову прямо. Глаза его сошлись к переносице, лицо было комично-строгим, а губы шевелились, строго выговаривая что-то невидимому оппоненту.
— Прапорщик, смирно! — рявкнул Дромадеров.
Курочкин, повинуясь рефлексам, вскочил на ноги, уронив при этом стул. У него почти получилось вытянуть руки по швам. Но в последний момент подвело чувство равновесия, и прапорщик принялся заваливаться набок.
Дромадеров подскочил, ухватил помощника за ворот. Вера сообразила, надела Курочкину на голову форменную шапку.