Омар медленно заходит в просторный кабинет отца, ожидая самого неожиданного разговора. Мы уже обсуждали варианты, как вернуть сестру домой, и что для этого может быть использована младшая Фоули — Ниса. Девчонке всего восемнадцать, как и Амире. Отцу предложили обменять одну дочь на другую, как это делают злостные враги....
Врач кивает и скрывается за дверью, а я опускаю голову и зажмуриваюсь, переваривая то, что произошло. Я не виню Нису, потому что сам виноват в том, что она не была счастлива со мной. Я должен был сделать все, чтобы она улыбалась и чувствовала себя главной женщиной моей жизни. Тогда бы мы наверняка смогли избежать этого ужаса. Но я так не сделал, и теперь поздно класть голову на плаху. Если Ниса посчитает нужным, она сама это сделает, а я даже не стану сопротивляться.
Несколько часов ада, которые я проживаю, тянутся, словно кто-то намеренно замедлил ход времени.
"Бадал приносит кофе, пытается всунуть мне в руки какую-то еду, но я ее отталкиваю. Отец уходит к маме, кивнув на мою просьбу ничего ей не рассказывать, и снова возвращается. Эта больница сейчас для меня словно поделена на две стороны. На одной – счастье появления на свет младшей сестры, улыбки мамы, счастье отца. На второй – моя ведьма, борющаяся со смертью, и мой ребенок, который ничем не заслужил то, через что вынужден пройти.
– Омар, Фоули здесь, – произносит Бадал. Я только успеваю повернуться к ним лицом, как кулак Финна летит мне в лицо.
Все происходит настолько молниеносно, что даже помощники не успевают среагировать. Я не защищаюсь. Не в моих правилах подставлять вторую щеку или заниматься самобичеванием. Но если совершил ошибку – разгребай последствия. Сейчас же у меня просто физически нет сил сопротивляться.
– Финн! – вскрикивает Мишель, бросаясь к мужу, когда он снова заносит руку. – Перестань!
Он делает шаг назад и сверлит меня взглядом, полным обещания ужаса.
– Я разорву тебя на куски и скормлю своим собакам! – рычит он, подаваясь вперед.
– Финн, прошу тебя, – просит Мишель, отодвигая его в сторону. – Омар, Ниса жива? – всхлипывает она.
– Жива, – отвечаю, стирая тыльной стороной ладони кровь из разбитого носа.
– Господин, вам надо показаться врачу, – встревает Бадал.
Надо. Я слышал хруст при ударе, нос наверняка сломан. Но как я сейчас могу оставить свой пост? В любой момент может выйти врач и сообщить новости.
– Веди доктора, тут пусть обрабатывают.
Эта клиника принадлежит моей семье. Надо будет, главврач тут и операционную устроит посреди коридора.
Пока мне вправляют нос и обрабатывают лопнувшую губу тут же, у двери реанимации, я разговариваю с Мишель. Объясняю ей, что произошло.
