Автор
В элитной академии нищеброды смотрятся неуклюже — пока главная героиня нещенка не привлекает внимание своей дерзостью и решимостью. Каждый вздох подчеркивает напряжение, окутывающее тихую борьбу за выживание в высокомерной среде. Ночи без сна, битвы со злой старшей сестрой и уроки жизни — это история о несчастном ребенке, которая преобразуется под давлением суровой реальности элиты....
– Ректор… – шок на моем лице вызвал его вялую улыбку.
– Не зря ты не знал о таком ритуале, Лиен, – проскрипел некромант, – потому что он запрещен и несет за собой последствия.
– Вы… – я не мог подобрать слов."
"– Что? – вскинул он брови, как и я, сидя на полу. – Знал ли о таком исходе для себя? Знал, – кивнул маг. – Я виноват перед тобой. Виноват перед вами. Поэтому принял такое решение, чтобы хоть как-то искупить свою вину. Прости меня.
– Ректор… – повторял я одно и то же, словно других слов на свете не существовало.
– Ритуал прошел как положено, – произнес он, вскидывая старческую руку. – Душа Элис привязана к тебе, так что теперь ты не будешь таким сильным, как раньше…
– Плевать! – мотнул я головой, чувствуя, как по щекам побежали слезы.
– Другого ответа я от тебя и не ждал, – усмехнулся некромант, закашлявшись. – Она будет спать какое-то время, а ты – чувствовать слабость, так как ее телу нужно заполниться магией.
– Я могу забрать ее домой? – спросил, испытывая гложущее чувство вины, ведь сильнейший в истории некромант лишился самого важного – своих лет.
– Думаю, да, – кивнул он, осторожно поднимаясь на ноги.
– Ректор… – поспешил я за ним.
– Не надо, Лиен, – отмахнулся он. – Я попытался исправить то, за чем не смог углядеть. И я рад, что она отдала себя за тебя, потому что именно таким способом вы вместе будете жить дальше. А теперь забирай ее, мне нужно отдохнуть.
Не давая больше сказать ни слова, некромант покинул пределы палаты, под опешивший взгляд моего отца проходя мимо него.
– Сын? – влетел он внутрь, тревожно оглядывая меня и Элис.
– Потом, – грустно качнул я головой. – Давай обо всем потом. А сейчас я хочу отвести Элис домой.
– Она… – папа замолчал, боясь спросить о самом главном.
– Она будет жить, – улыбнулся я. И вновь эти предательские слезы. – Она будет рядом со мной…
62. Это самое главное
Лиен
– Лиен! – донеслось взволнованно и до безумия счастливое. – Брат, как же я рад тебя видеть!
«Отис…»
Стоило выйти за пределы целительского крыла, как огневик с разбега влетел в меня, чуть ли не сшибая с ног.
– Иди сюда, – поманил я ее с улыбкой на устах.
– Лиен… – зашмыгала носом воздушница, – мы так волновались за тебя. Так переживали! – рыдала она, уткнувшись в мою грудь. – Элис места себе не находила, избегала нас.
