Мария терпеливо ждала звонка, но вдруг поняла, что больше не придет. Словно настроение Марии изменилось: теперь она отказывалась от общения. Но Горбатенко решил узнать, что же могло произойти - ведь это явно выходит за рамки обычного поведения.
И она поддержала эту идею, надеясь, что и он отвлечется, сможет быстрее здоровье после того взрыва окончательно восстановить.
– Ты все-таки утащил меня в Брюссель, – резюмировала Мария, наслаждаясь великолепным шоколадом в чашке и не менее захватывающим видом из окна отеля.
Ее всегда завораживала архитектура этих мощеных улиц, пропитанная историей. И настолько органично при этом сплетающаяся с самыми современными техническими решениями и достижениями.
– Я всегда реализую свои планы, - хохотнул в отвėт Олег, а она не могла не признать, что никогда не видела его настолько расслабленным и спокойным.
Он все ещё не выбрался из кровати, несмотря на довольно позднее утро, – отсыпался тоже за все те годы, что ни отдыха, ни покоя не знал. И так каждый день. Да и Маша не особо торопилась выбираться из постели, нежась в теплых объятиях мужа. А потом они ежедневно неспешно завтракали и отправлялись так же неторопливо гулять, больше времени проводя в кафе, ресторанчиках и всевозможных музеях-галереях, если честно,так как зимняя погода, пусть и мягкая, не располагала к долгому пребыванию на улице.
Перед приездом в Брюссель они заезжали в Словению… чтобы поговорить с Настей и племянниками Маши.
– Ты ещё и про Италию что-то упоминал, - с поддевкой протянула Маша, отставив чашку.
– Не в этот раз, душа моя, - как и обычно, Олег моментально раскусывал ее задумки, но покачал головой с широкой улыбкой. И все-таки сел – разбудила его окончательно.
