Автор
Захариха сидел на завалинке, выдыхая клубы табака и уставившись в пустоту над горизонтом. Сквозь листву деревьев пробивались первые зеленеющие травинки, а за ними начинался бескрайний красноватый лес, словно огромный глаз ожидая своей очереди на зарождение нового дня....
Похоже, «Нить судьбы» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– У тебя ещё, знаешь, сколько лет впереди? А ткань хоро-о-ошая.
Надийка поцокала языком, пощёлкала тканью, проверяя её на прочность, поглядела сквозь неё на свет, и сказала:
– Нет, бабушка, такая ткань на покров не подойдёт.
– Вот те раз! – всплеснула руками Сузгиниха, – А какую ж тебе надо?
– Эта ткань подойдёт совершенно для другого.
– Хм, – хмыкнула Сузгиниха, – Беда мне с тобой, девка. Что ж мне теперь делать-то?
И она поглядела на Захариху. Та лишь развела руками в стороны:
– Ничего не знаю, сами решайте!
– Ничего не надо делать, – засмеялась Надийка, – Ты не переживай, бабушка.
– Да уж какая тут радость? – вздохнула Сузгиниха.
– Ничего, бабушка, скоро всё наладится, – Надийка звонко засмеялась, чмокнула её в щёчку, и, схватив ткань, убежала в свою комнату.
Сузгиниха поглядела на Захариху:
– Что ж это деется-то?
Захариха пожала плечами в недоумении, и, подперев ладошкой щёку, задумалась.
– Не знаю, что с девкой творится, – вздохнула она.
– Да-а. А Влас-то удивил всех, не думала я, что у него такая сила, – продолжила Сузгиниха.
– Какая сила? – не поняла Захариха.
– Да ты разве не знаешь ничего про него? Он ведь колдун!
– Какой колдун?
– Ну, какой бы ни был, а колдун, о том все знают. Он животных лечит, а соседка наша пошла к нему давеча, согнувшись в три погибели, а вернулась обратно с прямой спиной!
– Ишь чего, – подивилась Захариха.
– Да-да, вся деревня знает про то, а ты одна тут сидишь, ничего не ведаешь.
– Так я и живу на отшибе, и в деревне редко бываю.
– Вот! А теперь деревня гудит, и про Надийку твою говорят тоже.
– А чего это она гудит-то? – Захариха встала, подперев бока руками.
– Да ничего, ничего плохого, наоборот, Глафира так и вовсе там расстилается, говорит, что Надийку за дочку теперь почитает, а коли она бы к ней жить пошла, так она бы взяла её к себе.
– Ещё чего не хватало! Я вам покажу, Надийку у меня забирать.
– Да ты не серчай, никто её не собирается забирать, это она так, тяжело ей сейчас, горе в ней кричит.
– Это да, – согласилась Захариха, – Горе ей, горе…
На шум выглянула из комнаты Надийка.
– Бабушки, вы тут о чём?
– Да ни о чём, ни о чём, стрекоза – махнула рукой Захариха, – Иди, своим делом занимайся.
– Ой, ну ладно, и я пойду, пора мне, – засуетилась Сузгиниха, поднявшись.
– Надийка! – крикнула она в комнату.
– А? – раздался голос Надийки.
