Я специально не стал ему задавать вопросов о том, за счет чьих жизней был пробит спуск на складе в Свободной зоне. Он не рвался рассказывать, а я пока и не спрашивал. Но простейшая логика подсказывала, что спуск этот самый возник не сам по себе.
Кто вообще придумал все это? Кто открыл, что именно такие люди могут спускаться вниз? Как открыл? У меня до сих пор ощущение того, что это не по-настоящему, что это бред какой-то, что…
И между тем простейший поиск в Сети показал, что только в Америке почти пятьсот детей отбывают пожизненное за убийство, судимые как взрослые. И не каждый штат позволяет так судить малолетних детей. И не все попадают под суд, даже самый первый поиск дал мне ссылку на случай убийства нескольких бомжей в Нью-Джерси группой детей и подростков. Подростки четырнадцати и пятнадцати лет задержаны, а двух детей двенадцати лет отпустили. Что-то там не срослось у полиции. И к ним тоже приедет джентльмен на «Ягуаре» и пообещает им богатую и долгую жизнь?
А почему нет? Они исчезнут из своего городка, и никто даже не удивится — зачем жить там, где ты известен как малолетний ублюдок и убийца? И все. А потом они приедут, например, сюда.
Я даже не знал, что это настолько все… просто, что ли.
— Вон туда нам, за «Доном Ли» сразу направо, — показал я дорогу.
Джефф кивнул и свернул на Двадцатую Восточную, куда нам и нужно было.
На карту я не смотрел, по этой дороге я уже ездил. И так ездил не раз, и к этому самому месту. С Кике. Когда следовали за компактным «Приусом», на котором сзади висел велосипед и за рулем которого сидел рыжий и очкастый Эрик Браун. И на этом самом месте висела вывеска «Маритайм Софт».
Эрик Браун, который приезжал в Колон с Энн и Джереми Грантом. Джереми Грант встречается с девушкой, как нельзя более подходящей под описание «Мари» — Джасмин Роджерс. Джасмин Роджерс снята в компании азиатки. Азиатка Сатори у нас в схеме тоже есть. Рауль? Кто такой Рауль? Не тот ли, кто тогда разговаривал с Брауном на стоянке?
И Энн, получается, во главе всего?
Не верю?
А почему не верю? Верю. Потому что с первого дня заметил, что мое влечение к ней сродни тем ощущениям, что появляются возле спуска. Как к чему-то темному тянет, как к греху. Как во Тьму куда-то.
И не верю. Потому что в ней нуждаюсь, потому что мне без нее плохо, а с ней хорошо. Потому что я расстался с Роситой для того, чтобы быть с Энн. Потому что я думал уже о том, чтобы остаться в Панаме, с ней же. Потому что потому.