Констебль Хоппер был уверен, что его дни опасных приключений позади. Но одно осеннее утро перевернуло его жизнь: он неожиданно становится частью опасного заговора. Теперь ему предстоит бежать, прятаться и сражаться с жуткими монстрами, нарушив все клятвы, которые он себе дал.
Раздел Chitat.online для книги «Няня из Чайноботтам» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Констебль Хоппер был уверен, что его дни опасных приключений позади. Но одно осеннее утро перевернуло его жизнь: он неожиданно становится частью опасного заговора. Теперь ему предстоит бежать, прятаться и сражаться с жуткими монстрами, нарушив все клятвы, которые он себе дал.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Владимир Торин Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
Констебль Хоппер был уверен, что его дни опасных приключений позади. Но одно осеннее утро перевернуло его жизнь: он неожиданно становится частью опасного заговора. Теперь ему предстоит бежать, прятаться и сражаться с жуткими монстрами, нарушив все клятвы, которые он себе дал.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А еще Джил знала все существующие на свете ругательства и не упускала случая продемонстрировать свои знания."
"Когда Бёрджес вошел в паб и уселся за пустующий столик у окна, он еще ничего не знал о сестрах Боунз и был весьма удивлен, когда обе они неожиданно к нему подсели.
– Вы ведь Бёрджес? – спросила Грета. – Кенгуриан Бёрджес?
– Не глупи, башка от селедки, – вставила Джил. – Конечно, это он, мы же всех тут знаем, а его не знаем. Кто это еще может быть, как не Кенгуриан Бёрджес. – И тут же добавила: – Так вы Бёрджес? Шакара!
У Бёрджеса глаза на лоб полезли.
– Шакара – это мое слово, – только и ответил он.
– Больше нет, – подмигнула ему Джил. – Это мое новое любимое ругательство, – и повернулась к сестре: – Это он, Грета.
– Да я уж поняла. А мы все ждали, когда же вы к нам заглянете, мистер Бёрджес. Думали сами зайти в «Плаксу», но так и не сподобились.
– Это потому, что скоро шторм, – пояснила Джил, – и местное морячье горбатое набивается в наш паб – работы много.
Бёрджес сконфуженно моргал и потрясенно переводил взгляд с одной девушки на другую.
– Я не совсем понимаю, откуда…
– Да все уже знают о великолепном побоище у «Плаксы» и про восхитительного чужака!
– Восхитительного?
Джил ткнула локтем сестру, отчего та едва не упала со стула.
– Тащи зеркало, Грета, к нашему шелудивому берегу прибило скромника! Нужно показать ему всю его восхитительность. Какие усы! Долго отращивали?
– Да.
– Я же говорила! Только у мистера, который в одиночку одолел полторы сотни заштопанных задниц, могут быть такие усы.
Бёрджесу на ум вдруг пришел один из крайне нелюбимых им типов, ярый ненавистник преувеличений, и он его неожиданно понял. Поэтому уточнил:
– Матросов было не так уж и много. И в одиночку за один раз я одолел лишь пятерых.
– И это на целых две облезлые морские крысы больше, чем у меня на счету! – хмыкнула Джил. – Я била за раз только троих. Эх, жаль, меня не было в ту ночь у «Плаксы»! Досадно!
Вклинилась Грета:
– Джил, ты не забыла? Мы хотим послушать мистера Бёрджеса, а не тебя. Мистер Бёрджес, расскажите нам все о побоище у «Плаксы». Как дело было в действительности? А то чайки болтают всякого…
Бёрджес с грустью глянул на соседний столик, который ломился от кружек и тарелок с сушеными кольцами осьминогов, и Грета Боунз, догадавшись обо всем без слов, опрометью бросилась к стойке. Вернулась она с подносом, на котором стояли три кружки и две тарелки – одна с чем-то, похожим на соломку, на другой высилась горка каких-то странных… конечностей с перепонками.
– Что может быть лучше сушеных лап рыбы-поползня к хорошей истории?! – провозгласила она.
Бёрджес отхлебнул эля и повертел в руках рыбью лапу. Сестры глядели на него выжидающе.
История, которую он им рассказал, и правда вышла недурной.
