Они больше не обменялись и словом, но не прекращали меряться выдержкой. Наконец Тори Айзекс громко фыркнула и, улыбнувшись остальным гостям, показывая, что инцидент исчерпан, удалилась.
– Все нормально? – решила убедиться Аврора, прежде чем отпустить Эвана дальше бесноваться с друзьями.
– А, – махнул он, – эти девчонки.
Он побежал дальше развлекаться, позабыв о конфликте, – наверное, не в первый раз такое, – а вот Аврора воочию наблюдала, как миссис Айзекс стремительно подошла к компании мужчин, остановившись рядом с мистером Барлоу. Как начала что-то говорить – явно со всей свойственной ей справедливостью описывала ситуацию. Джеймс поднял голову, глядя в ее, Авроры, сторону и, что-то сказав хозяйке дома, отделился от остальных.
Аврора боролась с желанием отвернуться, в ожидании неприятного разговора, но всё же решила, что лучше встречать угрозу лицом к лицу. Опасность неуловимо приближалась: руки в карманах, белая рубашка с расстегнутым воротом сидит идеально – нигде не натягивается, но показывает, что хозяин в хорошей форме. Выражение лица не разглядеть – вечер вовсю хозяйничал, зажигая на темно-синем небе яркие звезды, а свет от высоких железных фонарей, горевших на территории двора, падал серым кружевом на лица людей, пряча настоящее за причудливой маской, сотканной из надуманного, напускного, призрачного – за игрой света и тени.
– Как у вас дела? – вполне доброжелательно поинтересовался Джеймс, загадочно улыбаясь на ее растерянность.
Аврора, признаться, ожидала чего угодно, но не того, что он будет забавляться всей этой ситуацией.
– Выглядите расстроенной, почему
– Вы же знаете, – укоризненно ответила она. Оправдываться она не будет!
– Знаю, – кивнул он. – И еще знаю, что моя няня не дерзкая нахалка, как бы меня в этом ни пытались убедить.
– Спасибо, – искренне поблагодарила Аврора. Он доверял ей – это было ценно. – Но я могу уйти, чтобы не раздражать миссис Айзекс, – с другой стороны двора за ними наблюдали и, вероятно, ждали санкций в отношении дерзкой нахалки:
– Вы же девушка Бонда, как он без вас.
– Со стороны может показаться, что вы слишком снисходительны ко мне.
– Вы думаете, мне есть дело до этого?
– Я не знаю, – покачала головой Аврора. Она ведь действительно не знала его.
– В этом доме для меня важно мнение только двух людей, всё остальное не важно."
"Она не стала уточнять, каких, это было очевидно, хоть и не значило ровным счетом ничего, но щеки предательски вспыхнули, а на душе стало тепло.
Они стояли рядом: смотрели, как несут именинный торт, слушали, как дети и взрослые хором поют с днем рождения, и Китти, не без помощи родителей, задувает свечи, а потом в небо взмыли ракеты, раскрашивая темноту золотыми, красными, синими искрами.