Автор
Мальчишка и его мама обсуждают предстоящую свадьбу сестры — вот тут-то и начинается необычное приключение в подземелье. Два босса — один из них руководит лифтами, другим — свадебными организациями. Вместе они решают нелегкие задачи, связанные с гостями свадьбы. Атмосфера напряженная и захватывающая: нижний этаж лифта превращается в неожиданное место для встреч и переговоров, когда мама мальчика пытается выяснить истинную ситуацию с его бывшим мужем....
«Ты только об этом узнала?»
«Дура, я же серьезно!»
«Так и я не шутила: D»
Закатив глаза, убрала телефон, тоже мне ехидна. Та продолжила строчить, а вот я обиделась, ясно? Вот не буду отвечать до вечера, пусть совесть сожрет с потрохами. Хотя, Марина и совесть — вообще несовместимое сочетание. Мышцы, вон, до сих пор после бега болят, как я ещё не хожу в раскорячку, загадка.
Фак. Почему я родилась женщиной? И почему у женщины столько проблем? Там побрей, это выщипай, на каблуках ходи, штукатурку нанеси, сиськи вставь, губы надуй.
Так, Зоя Аркадьевна, выдыхаем. На работе надо работать. Дома уже буду разбираться с нестабильным мыслительным процессом и своей разгулявшейся тягой к двум мужчинам.
Пару минут ушло на то, чтобы унять своё возбужденное состояние.
Может, если бы я не была в таком диссонансе с собой, то им бы крупно повезло. Но я же была, да ещё в каком, поэтому мои пальцы только успевали нажимать на буковки.
«Подстилка» ничего не попутала, а вот вы вполне. Сейчас список каждого открывшего рот составлю, а потом начальству передам. Посмотрим тогда, чей зад окажется на улице завтра. И на будущее — хотите обосрать человека, убедитесь, что он этого не узнает. Недалекие создания.
P.S. Прощу за шоколадку. С Уважением, Ваша Подстилка»
К концу рабочего дня на моем столе выросла немаленькая гора шоколадок и коробок конфет, кто-то додумался даже букет роз купить и бутылку шампанского.
— Ух ты, ничего себе, — проговорил Ален Александрович, выйдя из кабинета.
Не успела оглянуться, как он стащил одну шоколадку.
— Это моё, — нахмурилась, отодвигая сокровища.
— Жадничаете, Зоя Аркадьевна? — прищурился.
— Что вы, — мило улыбаюсь, — забочусь, ведь много сладкого вредно, и сами знаете, что может слипнуться.
