Ночная война захватывает читателя сразу после ухода за окно: осенний лес с его размытыми формами и множеством цветов словно тает под звездным светом. Температура остается комфортной, но ощущение ветреной меланхолии не отпускает. Иллюминированные листья создают мерцающую атмосферу ночи, придавая деревьям загадочное выражение....
Немцы подходили ближе, а у реки стали залегать, двое высунулись на дорогу, потом переглянулись, словно ждали выстрелов, злорадно оскалился плечистый пехотинец с короткими ногами.
– Не стрелять! Вершинин, передай по цепочке.
Солнце прорвало пелену облаков, озарило округу, окрасились шапки безбрежного кустарника, забегали блёстки по воде, это был Божий дар: теперь немцы шли, но солнце ослепило им глаза. Пехота накапливалось в ивняке, стихли голоса, солдаты щурились, прикладывали ладони к козырькам – что они видели? – шило в мешке, конечно, не утаишь.
– Огонь! – прокричал офицер.
Ударил ружейно-пулемётный залп, включился пулемётчик, разлёгшийся справа от дороги. Пули кромсали крутой склон, выбрасывали куски глины, подняли вереницу фонтанов на косогорье. Выдержка бойцов была на высоте – никто не ответил.
– Прекратить огонь! – крикнул офицер.
Началось самое интересное: немцы осторожно выбирались из укрытий, спускались к берегу, большинство несло карабины «Маузер», но кое у кого наблюдались автоматы. Несколько человек вошли воду, стали воевать с топляком, загромоздившим русло – вода им была по колено и пехотинцы быстро дошли до середины.
«Никто из вас, черти, завтра в баню не пойдёт! – со злостью подумал Глеб. – Грязными сдохните!».
Ещё несколько человек вошли в воду, стали переправляться, держа карабины над головой.
Шубин затаил дыхание, плавно оттянул спусковой крючок – очередь стала сигналом: свинцовый сквозняк загулял над водой, такого не ожидали. Двое уже переправились и отфыркивались, стоя по щиколотку в воде, они упали первыми. Пули веером шли над рекой, поражали человеческие тела. Тем, кто был уже по пояс повезло меньше прочих – они погибли один за другим, но далеко не уплыли, цеплялись за коряги и перекрещенные стволы топляка.
