Ночная война захватывает читателя сразу после ухода за окно: осенний лес с его размытыми формами и множеством цветов словно тает под звездным светом. Температура остается комфортной, но ощущение ветреной меланхолии не отпускает. Иллюминированные листья создают мерцающую атмосферу ночи, придавая деревьям загадочное выражение....
Но водитель предпочёл остановиться, двигатель ревел на холостом ходу, пехота посыпалась на землю и сразу же попала под перекрестный огонь: трое упали в грязь; остальные кинулись под защиту транспортёра, по очереди высовывались и стреляли. Основные силы, форсирующие реку, пока не подтянулись…
– Всем отход в деревню! – прокричал Шубин. – Не останавливаться!.. К амбару!.. Хватайте Седых, мы прикроем.
Раненый ефрейтор внезапно оказал сопротивление, теперь уже своим товарищам, он отбивался здоровой ногой, хрипел, чтобы оставили его в покое, он прикроет, задержит немцев.
Разведчики по пятились, растерянно смотрели на товарища, а тот уже лежал, раскинув ноги, заговаривал боль, смеялся страшным смехом: дескать, пошли отсюда, к чёртовой матери, скоро свидимся! Ему удалось задержать противника секунд на двадцать, но в создавшейся ситуации это были очень важные секунды.
Люди бежали без оглядки: мимо лужи водохранилища, где нашло погибель мотоциклетное подразделение; мимо груды металлического лома. Впереди мерцало вытянутое дощатое строение – бывшее колхозное правление, слева мастерские, но туда не надо.
Шубин заполз за угол управления, потом покатился, чтобы не терять время, ведь семеро одного не ждут.
