Автор
В зимних сумерках 1831 года Англии, Иззи не может проснуться ни на минуту больше. Ее сон — затаенная страсть к теплу и огню, словно ледок в море тревоги. На этом сне жара распространяется от колена до бедра, словно кровь, проникает глубже обычного доверия. Этот мрак — не просто проблеск воспоминаний, а огненный пут, ведущий к самому себе....
— До меня дошло, — в ярости прошипел он, — что мой сын не первый джентльмен, которого нашли в вашей постели. Очевидно, он был всего лишь последним из многих. — Размашистым жестом он выхватил письмо и швырнул ей в лицо.
Едва взяв его в руки, Иззи узнала витиеватый почерк Хильдегарды. В животе у нее похолодело от дурного предчувствия, когда она начала читать.
«…несмотря на все наши усилия… крайне порочная и сладострастная натура… много сомнительных мужчин…»
Много мужчин?
У нее? Иззи едва не лишилась дара речи.
Затем, когда нелепость обвинения дошла до нее, она ухмыльнулась. А, осознав, что наконец-то, после стольких лет, Хильдегарда больше не имеет над ней власти, рассмеялась.
Громко, прямо в лицо маркизу Ротему.
Глава 15
Маркиз тут же разразился потоком брани. Задыхающаяся Иззи смогла лишь вскинуть руку, чтобы остановить оскорбления, изрыгаемые ее взбешенным гостем.
— Прекратите! — выдохнула она.
К ее изумлению, он прекратил. Она с облегчением откинулась на спинку дивана и взяла себя в руки.
— Пожалуйста, милорд, сядьте. Не надо так грозно возвышаться надо мной.
Ротем сел напротив. Он, казалось, разрывался между целью своего прихода и негодованием из-за устроенного ею представления. Затем подался вперед.
— Вы должны понимать, что я не могу позволить такой женщине, как вы, запятнать наше имя.
— Нет-нет, конечно, не можете. И кто станет вас винить? Я, в конце концов, такое «дикое, неукротимое создание». А ваш сын — такой невинный мальчик. Такой легковерный.
Теперь он осознал, что она смеется над ним. Угроза на его лице напугала бы ее, будь ей что терять в жизни. Но он не в состоянии причинить ей больше вреда, чем это уже сделало ее собственное непослушное сердце.
— На вашем месте я бы не смеялся, мисс Темпл. Вам не понравится информация, которая скоро станет публичным достоянием.
— О нет. Упаси Бог.
Он настороженно оглядел ее, но она лишь невинно взирала на него.
— Да, в общем, я готов сохранить вашу грязную маленькую тайну. И щедро компенсировать ваше содействие в этом деле, мисс Темпл. То есть если вы сделаете в точности так, как вам будет сказано.
Иззи сделала вид, будто раздумывает над его предложением, с трудом подавив внезапную вспышку гнева.
