Автор
В зимних сумерках 1831 года Англии, Иззи не может проснуться ни на минуту больше. Ее сон — затаенная страсть к теплу и огню, словно ледок в море тревоги. На этом сне жара распространяется от колена до бедра, словно кровь, проникает глубже обычного доверия. Этот мрак — не просто проблеск воспоминаний, а огненный пут, ведущий к самому себе....
Никогда особенно не задумываясь о красоте и ее поддержании, Иззи теперь гадала, что Селия уготовила ей.
После шести часов купания, притираний, похлопываний, массирования, выщипывания, подрезания и расчесывания Иззи решила, что быть дурнушкой не так уж и плохо. Но благодаря веселой болтовне Элли время пролетело быстро, и не успела Иззи опомниться, как настало время надевать платье и встречать Джулиана внизу.
— Очень хорошо, что миледи подобрала по две пары перчаток к каждому платью. Вы не должны никогда ходить без них, мисс.
Иззи не слушала. Она ошеломленно смотрела на отражение в зеркале.
Это не она. Эта девушка почти хорошенькая. Да, почти хорошенькая, с красивыми волосами, в великолепном платье из мерцающего голубого шелка.
И у нее есть фигура! Не идеальная, возможно, но очень выгодно подчеркиваемая красивым платьем.
И волосы! То, что раньше было беспорядочной массой бесформенных, непослушных локонов, теперь ниспадало блестящими прядями до самой талии.
Лицо ее выглядело как обычно, поскольку Элли отказалась от косметики, сохранив естественный цвет лица, но нестрогая прическа украшала его, а лазурный оттенок платья делал кожу светящейся."
"Платье не было обычным белым нарядом девушки в ее первый сезон.
Иззи улыбнулась. Милая Селия. Она не могла дождаться, когда поблагодарит ее, поэтому пока довольствовалась тем, что запечатлела поцелуй на щеке испуганной Элли.
Когда Спирс сообщил Элли, что его милость прибыл, Иззи перестала дышать. Больше всего на свете ей хотелось, чтобы Джулиан увидел ее преображение, но в то же время было боязно.
