В Филёвском парке на скамейке сидел пожилой мужчина, улыбаясь и подкармливая белок орешками. Он был в свободном стиле, но выделялся тонкой оправой очков со светло-оранжевыми линзами, необычным для этой части света цветом. Джинсы были темно-синего оттенка и явно не китайского производства. Этот ночной санитар создавал атмосферу тихой симфонии природы и человеческой доброты....
Макс подхватил, - мы говорим об императорах или истоках? Императоров с таким именем было где-то 9 или 10 – кто их там сейчас помнит. Были еще один из семи спящих отроков Эфесских. Были еще епископ Сербский и господин Максимилиан Робеспьер, не к ночи будет помянут. Мы можем продолжить если желает графиня, - улыбнулся Макс, - правда там остались лишь сухие ошметки – простите за мой французский.
- Браво, Максимилиан! Породу не обманешь. Будьте мои гостем.
В гостях.
Макс прошел в большую залу увешанную картинами и уставленную всякими штуками типа статуй и ваз.
Поговорив ни о чем, сели за столик на террасе и Ксения Николаевна попросила рассказать об их семье. Макс рассказал, что они Юсуповы те, которые не приняли православие так как были священнослужителями и почти все прошли хадж. Но после мировой войны и революции эта традиция прервалась, а после брака с моей маман детей тайно крестили и потом уже они проходили обрезание. Потому они не были князьями.
"Ксения Николаевна спрашивала много. И про маман – урожденную Касимову и про деда, который погиб на войне и про бабушек, которые еще вполне себе живы и здоровы. Каждая из них разменяет 90-летний рубеж. Потом познакомила Макса с дочкой Татьяной Ильиничной – молодой девчонкой пубертатного периода. Макс привез ей фото отца в форме морского офицера – а он реально был красавец – то-то маман на него запала сразу.
Узнав, что Макс – мастер по акупунктуре попросила рассказать ей азы профессии.
