Ночной звонок оживляет тихую пятницу улицами Москвы. Встречные пары обсуждают, куда поехать в компании друзей, а тишина подслушивается лишь эхом за окнами. Сотрудники института, словно живой резонатор, передают радость и нетерпение за пределы стен, заставляя городские улочки светиться новыми огнями в ночной тишине....
Влад отделился от группы, сел на соседний подоконник и принялся перебирать в уме показания Любочки, Светланы, всех тех, с кем беседовал Орлов, сказанное Мику и постепенно пришел к выводу, что Жуков, пожалуй, прав. Версия Булат — Чабаненко может оказаться достоверной. Кассирша отсутствовала около часа. Время, значит, у Булата было. Организовал звонок из автомата. Потом вернулся в институт. Незамеченным?.. А по запасной лестнице! С автогенным аппаратом к себе на восьмой этаж? Штука вроде громоздкая. И баллон с газом… А если аппарат портативный? Тот, о котором Мику говорил? А портативный значит небольшой… Но ведь речь шла о перфораторе, об аппарате для прожигания отверстий.
Влад поспешно подошел к директору института:
— Игорь Васильевич! Павел Мику, журналист, которого вахтер в ваш кабинет доставил во время совещания, говорил о каком-то портативном перфораторе.
— Знаю, что инженер Доля вместе с Чабаненко пытался его изготовить. Но что там у них получилось… — Диордиев пожал плечами.
— Благодарю вас…
В это время из коридорчика перед кабинетом Булата вышел Виктор Федорович Гурский. Подошел к Волкову:
— Я в основном закончил. Можно заходить.
— Пошли! — скомандовал полковник!
Все двинулись в коридорчик. Возле открытой двери на лестнице запасного выхода возился Анохин — вынимал внутренний замок.
— А зачем замки вынимают? — спросил Диордиев у Влада, когда они вошли в кабинет, где все уже рассаживались на стоящих вдоль стен стульях.
— Доставят в нашу лабораторию. Надо установить, чем их последний раз открывали — «родными» ключами или дубликатами.
— А!.. Ясно, — кивнул директор.
Когда расселись, Волков предоставил слово Гурскому.
— Подошли мы к кабинету. Дверь была заперта, как и дверь на лестничную площадку.
