Ночной звонок оживляет тихую пятницу улицами Москвы. Встречные пары обсуждают, куда поехать в компании друзей, а тишина подслушивается лишь эхом за окнами. Сотрудники института, словно живой резонатор, передают радость и нетерпение за пределы стен, заставляя городские улочки светиться новыми огнями в ночной тишине....
— Квартирный телефон. Адрес есть, фамилия владельца… — Товарищ Будеску, — обратился он к прокурору, — надо, понимашь, наших людей туда послать. Обыск произвести и Булата арестовать, если его там обнаружат.
— Выдать вам ордера на обыск и на арест? А основания?
— Так ведь видели, понимашь, как Булат с рюкзаком спускался. И номер телефона у Гонцы в блокноте его рукой записан.
— Видела его эта, как ее?..
— Сазонова, — подсказал Орлов.
— Да, Сазонова. Со спины она его видела и две-три секунды всего. Не тянут такие показания на арест.
— У Булата дома телефона нет, — сказал Орлов.
— А владелец телефона в институте работает? — спросил Будеску.
— Нет, — ответил Орлов. — В Главэнерго. Сейчас в командировке в Москве.
— Вот видите? И вы просите ордер на обыск в доме постороннего лица? Нет, нельзя…
— Как же нам, понимашь, преступников ловить? — в досаде воскликнул Жуков.
— Ловите, не нарушая требования закона.
— Возьмем квартиру под наблюдение, — вмешался Волков. — Если деньги там и их попытаются вынести, — задержим того, кто попытается, с поличным.
— А если уже вынесли? — не сдавался Жуков.
— Тогда и обыск в квартире нечего устраивать… — Волков посмотрел на часы. — А Булата нам прокурор разрешит задержать?
— Это пожалуйста, — отозвался Будеску. — Подозреваемых можете задержать и допросить. А вот если после допросов появятся основания для ареста — тогда и ордера выдам.
— Ну, поехали! — заторопился Волков. — Ты с нами или свои колеса есть? — спросил он Будеску.
— А до прокуратуры довезете?
— Довезем.
— Тогда с вами.
Волков козырнул и вышел. За ним Будеску. Диордиев тоже ушел, сказав, что если понадобится — будет у себя. Чекир подошел к Владу и Жукову:
— Ну, ребята, на вас вся надежда. Не подведите, В девятнадцать жду!.. Ни пуха, ни пера!..
— К черту, Георгий Фомич!
Чекир ушел.
— Пошли, Мирон Петрович.
— Пойдем.
— Убежден, что она сама звонок организовала, — говорил Жуков, пока шли по длинному коридору. — Знала, понимашь, что звонить будут не ей, а Ротару. Сразу и свидетеля себе обеспечила… Буду постановление писать о мере пресечения…
— Подписку о невыезде взять собираешься?
— Нет, понимашь, под стражу. Прокурор разрешил.
Они спустились по лестнице на один этаж и шли теперь по другому коридору в обратном направлении.
