Ночной звонок оживляет тихую пятницу улицами Москвы. Встречные пары обсуждают, куда поехать в компании друзей, а тишина подслушивается лишь эхом за окнами. Сотрудники института, словно живой резонатор, передают радость и нетерпение за пределы стен, заставляя городские улочки светиться новыми огнями в ночной тишине....
Любочка взялась было за трубку телефона, но Жуков отстранил ее руку и снял трубку сам:
— Я ее вызову… Два два ноля?
Любочка кивнула. Жуков набрал номер.
— Приемная?.. Светлана Георгиевна?.. Майор Жуков. Зайдите, пожалуйста, в кассу. Да… — Повесил трубку. — Сейчас придет.
— Викентий Павлович, — заговорил Влад. — Если не возражаешь, я спущусь к ребятам. Они там должны мастерскую осмотреть…
— Иди, конечно. Я закончу здесь дела и тоже приду.
Спускаясь по главной лестнице, Влад испытывал облегчение: избавился от тяжелого зрелища.
На ступеньках он столкнулся со Светой Ротару.
— Чего ваш майор меня вызывает? Не знаете?
— Знаю. Постарайтесь успокоить Гонцу. Очень она за сына волнуется. Вы можете забрать его на пару дней к себе?
— Конечно, смогу.. А Любочку арестуют?
— Задержат. Изолируют ненадолго… Так вы постарайтесь ее успокоить. Ладно?
— Постараюсь…
И они разошлись. Светлана наверх в кассу, а Влад вниз в мастерскую.
На лестнице его догнал директор института.
— Вернулся шофер из военкомата.
— Что ж, будем искать, — сказал Влад.
В полуподвале капитана ждал сюрприз: в правом от входной двери углу, под кучей тряпья был обнаружен тот самый автогенный аппарат, который искала опергруппа!
На продолговатой деревянной раме укреплены скобами два цилиндрических баллона от походной газовой плитки. От каждого баллона отходит по трубке. Трубки подсоединены к какой-то латунной детали, смахивающей на смеситель кухонного водопроводного крана.
Кроме фотографа, который, кончив снимать автогенный аппарат, делал теперь панорамные снимки мастерской с разных точек, вся группа столпилась вокруг аппарата. Здесь же стоял директор института и комендант здания, открывавший работникам милиции дверь в мастерскую. Оба эксперта, присев на корточки, склонились над аппаратом. Анохин изучал аппарат глазами, ни до чего не дотрагиваясь.
"Когда Влад подошел, трасолог выпрямился, отвел со вспотевшего лба прилипшую прядь волос, улыбнулся.
— Вот это везение! — сказал он. — Как только сюда вошли, Орлов сразу к этой куче тряпья. Ковырнул и нащупал… Обрати внимание, капитан: тряпки, что по краям лежат, давно не трогали. Видишь, сколько на них пыли? А те, что сверху лежали, ворошили совсем недавно.
